Original size 2480x3500

Визуальный нарратив фильма «Скинамаринк»

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition
big
Original size 1920x800

Концепция

Данное визуальное исследование посвящено анализу визуального нарратива фильма «Скинамаринк» (2022). Сюжет картины предельно прост: двое детей просыпаются посреди ночи и обнаруживают, что родителей нет дома, а затем из дома исчезают двери и окна, и в темноте начинает звучать чей-то голос. Событий в фильме мало, поэтому почти всё, что зритель узнаёт о происходящем, он узнаёт не из диалога и действия, а из того, как это показано.Под визуальным нарративом в рамках работы понимается совокупность изобразительных средств — композиции, мизансцены, цвета, света, фактуры и предметного ряда, — которые передают смысл и управляют эмоциями зрителя, оставаясь при этом считываемыми неосознанно. Объектом исследования выступает то, как созданное на экране вымышленное пространство, в данном случае самый обычный дом, превращается в носитель страха, а предметом — приёмы, при помощи которых это достигается. Такой подход близок к представлению о «говорящем» дизайне в кино, где каждый элемент кадра, от угла комнаты до зерна изображения, участвует в рассказывании истории.Анализ строится последовательно: от композиции и мизансцены к свету, фактуре, предметному ряду и тексту в кадре. Отдельно рассматривается эффект, который эти приёмы производят в совокупности, — показ привычного как незнакомого. Для его описания привлекается понятие остранения, введённое Виктором Шкловским в статье «Искусство как приём», однако оно служит лишь одним из инструментов анализа наряду с наблюдением за светом, композицией и фактурой изображения.

Гипотеза исследования заключается в том, что страх в «Скинамаринке» создаётся не новым изобразительным языком, а ограниченным набором приёмов, каждый из которых в отдельности достаточно привычен: низкая точка съёмки, тёмный кадр, зерно, детские игрушки, старый телевизор. Необычным оказывается способ их применения: приёмы доводятся до предела и последовательно лишают зрителя привычных опор — лиц, дверей, чёткого изображения, — вынуждая его достраивать увиденное самостоятельно. Предполагается также, что общий эффект такого вычитания — ощущение, что знакомое стало чужим, — можно описать при помощи понятия остранения.Данная гипотеза опирается на наблюдение самого режиссёра: по его словам, самый частый кошмар, о котором рассказывали зрители его YouTube-канала, повторялся почти без изменений — ребёнок в возрасте от шести до десяти лет, собственный дом, родители мертвы, пропали или не способны помочь, рядом угроза, с которой нужно справляться в одиночку. Следовательно, содержание фильма знакомо зрителю на уровне ощущения заранее, и работа ведётся не с новизной сюжета, а с новизной формы. В ходе исследования проверяется, действительно ли ограниченность средств усиливает эффект или же приёмы довольно быстро исчерпывают себя.Показательно, что режиссёр сам описывает свой метод как работу по заранее заданным правилам: ещё до написания сценария он установил для себя несколько нерушимых условий — не показывать лиц, не задерживать людей на экране, давать реплики только за кадром, никогда не выходить за пределы дома, держать шторы закрытыми и обходиться без музыки, — и, по его словам, нашёл свободу именно в этих рамках. Таким образом, ограниченный набор приёмов в «Скинамаринке» является не только следствием малого бюджета, но и сознательно выстроенной системой.

«Потолок вместо лица»: композиция и ракурс

Композиция строится на смещении привычного центра внимания: вместо лиц персонажей в кадре оказываются потолок, угол комнаты, дверной проём или ноги детей. По словам режиссёра, «сознательно почти каждый кадр снят с высоты детского роста», причём это правило, как он сам напоминает, восходит к Спилбергу и Одзу. Вместе с тем, как признаёт Болл, в эпизодах со съёмкой потолка зритель вправе усомниться, смотрит ли он глазами ребёнка или просто на комнату, и эта двойственность сама становится источником тревоги.

0
1/5

Отсутствие лиц было заложено уже в сценарии и объяснялось практическими причинами — экономией времени на съёмках, удобством работы с детьми-актёрами и возможностью менять реплики при озвучивании. Тем не менее в границах визуального нарратива практическое решение приобретает смысловую нагрузку: персонаж превращается во фрагмент, а пространство — в главного героя. Статичная камера и широкоформатный кадр делают фильм, по описанию критика Дэниела Гормана, почти серией фотографий, а эпизоды, в которых предметы удерживались на потолке, а режиссёр затем удалялся из кадра средствами ретуши, создают ощущение перевёрнутых комнат.Таким образом, композиция выполняет сразу две функции: она скрывает то, что принято показывать, и заставляет смотреть туда, куда обычно не смотрят.

0
1/3
0
1/4

«Дом без выхода»: мизансцена и пространство

Original size 1920x800

Мизансцена фильма строится не на перемещении персонажей в кадре, а на изменении самого пространства: главным событием становится исчезновение дверей и окон, которые были заменены пустой поверхностью при помощи цифровых инструментов заливки с учётом содержимого. Данный приём можно назвать вычитанием: зритель успевает запомнить обычный дом, и поэтому отсутствие двери оказывается заметнее любого появившегося объекта.

Original size 1920x800
0
1/3

Принцип вычитания действовал и на этапе подготовки площадки. Болл рассказывает, что из родительского дома пришлось убрать множество слишком современных вещей, причём чем больше убиралось, тем лучше работала картинка, а кухню, которую невозможно было сделать похожей на девяностые, либо обходили камерой, либо оставляли в тени. Лестница, ковровое покрытие и остатки деревянных панелей, напротив, использовались как готовые приметы эпохи. В результате дом перестаёт быть декорацией в привычном смысле и становится набором оставленных и вычеркнутых деталей, то есть пространством, организованным по принципу отбора. Из кадра устранены все различимые приметы — рамки с картинами, семейные портреты, лица, — благодаря чему детский кошмар трудно отличить от собственного воспоминания зрителя.

Original size 1920x800
Original size 1920x800
0
1/3

Пространство при этом не складывается в целостную карту: камера показывает ступени, пороги, фрагменты стен и потолка, а ориентиры вроде проёмов и коридоров заменяют обычную географию дома. Как упоминалось выше, персонаж и пространство меняются местами, и дом оказывается действующим лицом, которое никогда не показывает себя целиком.

Original size 1920x800
Original size 1920x800
Original size 1920x800
Original size 1920x800
Визуальный нарратив фильма «Скинамаринк»
Project created at 17.11.2026
adcr.dafes
The Art Directors Club of Russia sets the benchmark for creative excellence in design and advertising, serving as a central hub where industry professionals connect. Since 2004, the Club has hosted the ADCR Awards—a premier national competition celebrating creativity, design, and advertising. The core mission of the awards is to champion agencies and independent creators making their mark in the local market. By presenting this honor on behalf of the professional community, the Club reaffirms its endur... Show more
adcr advertising
adcr design
adcr students and young creators