
Ричард Барнс, Зал коллекций, 2004, Музей современного искусства, Париж
Музей естественной истории предлагает зрителю встречу с животным, изъятым из привычного течения жизни. Его тело сохраняется, поза изображает действие, а окружающее пространство воспроизводит условия обитания. Диорама показывает природу как завершённую сцену, в которой движение и случайность заменены устойчивой композицией. Фотография этой сцены создаёт дополнительное противоречие: музейный экспонат может выглядеть живым существом, тогда как отдельные детали обнаруживают искусственность его присутствия.Выбор темы связан с возможностью исследовать это противоречие через сопоставление изображений. Один и тот же объект приобретает разные значения в зависимости от окружения: животное среди растений, рядом с музейным работником или внутри упаковки воспринимается по-разному. Эти различия позволяют рассмотреть, как фотография формирует представление о природе и о месте человека по отношению к ней.


Трэр Скотт, Естественная история
Ключевой вопрос исследования: как фотография создаёт впечатление живого присутствия музейного животного и какие детали обнаруживают его предметный статус? Речь не только об обмане зрения. Даже зная, что перед нами чучело, зритель может воспринимать его позу как действие, а взгляд как проявление внимания. Исследование рассматривает, как возникают эти два прочтения и почему они могут сосуществовать в одном изображении.Рабочая гипотеза заключается в том, что впечатление жизни поддерживается соответствием позы животного окружающей среде. Когда фигура кажется частью природной сцены, зритель мысленно наделяет её способностью действовать. Стекло, отражения, инструменты и присутствие работников выявляют условия создания экспоната, но не обязательно устраняют ощущение живого присутствия. Особенность таксидермии заключается в соединении подлинного тела некогда живого существа с искусственно созданными позой и окружением.

Ричард Росс, Музееведение
Основу визуального корпуса составляют серии Хироси Сугимото «Dioramas», Ричарда Барнса «Animal Logic» и Дайан Фокс «UnNatural History», позволяющие сопоставить убедительную природную сцену, музейное закулисье и экспозицию со следами человеческого вмешательства. Работы Александры Мёрфи «Specere II», Трэр Скотт «Natural History», Ричарда Росса «Museology» и Сары Кузимано Майлз «Solomon’s House» расширяют исследование образами искусственной среды, посетителей и музейных коллекций. Серии Эми Стайн «Domesticated» и Карен Кнорр «Fables» позволяют рассмотреть, как животное становится участником постановочных событий за пределами естественно-научной экспозиции.Структура исследования следует изменению зрительского восприятия. Первый раздел посвящён имитации жизни в музейной диораме, второй — признакам искусственности экспозиции. Далее рассматриваются создание и обслуживание экспонатов, а также превращение животного в предмет хранения и систематизации. Заключительный раздел обращается к постановочной фотографии, в которой животное оказывается в человеческом пространстве и приобретает новую роль. Сопоставление поз, взглядов, пространственных границ и отношений с окружающими предметами позволяет проследить, как фотография одновременно обнаруживает искусственность представленной жизни и сохраняет ощущение присутствия самостоятельного существа.
Имитация живого
В разделе: Хироси Сугимото «Dioramas», Дайан Фокс «UnNatural History», Александра Мёрфи «Specere II: Tableaux Vivants», Ричард Росс «Museology»
Хироси Сугимото, Полярный Медведь, 1976
Ричард Росс, Музееведение


Слева: Хироси Сугимото, Галапагосские острова, 1980; Справа: Хироси Сугимото, двухбородый казуар, 1980
Музейная диорама создаёт иллюзию жизни, в которой каждое движение остановлено, но не завершено. Животные застывают в характерных позах: хищник готовится к нападению, птица собирается взлететь, стадо будто прислушивается к приближающейся опасности. Эти жесты предполагают действие, которое зритель мысленно продолжает за пределами неподвижной сцены. Искусственный пейзаж усиливает впечатление естественности, связывая фигуры животных с привычной средой обитания. Однако диорама не воспроизводит жизнь во всей её случайности и изменчивости, а собирает её в устойчивый, тщательно организованный образ. Так возникает парадокс: ощущение жизни создаётся через полную неподвижность.
«Каждая диорама предстает как алтарь, сцена, нетронутый природный сад… приглашая посетителя разделить ее откровение, повествующее об истине. Каждая предлагает видение. Каждая — это окно в мир знаний».


Слева: Дайан Фокс, UnNatural History; Справа: Александра Мёрфи, Specere II: Tableaux Vivants
Александра Мёрфи, Specere II: Tableaux Vivants
Александра Мёрфи, Specere II: Tableaux Vivants


Слева: Александра Мёрфи, Specere II: Tableaux Vivants; Справа: Хироси Сугимото, На, 1980
Ричард Росс, Музееведение
Дайан Фокс, UnNatural History, Пронумерованные, Музей естественной истории, Женева, Швейцария.
В работах Хироси Сугимото, Александры Мёрфи и Дайан Фокс музейная диорама предстаёт как пространство, где неподвижность имитирует жизнь. Сугимото и Мёрфи показывают, насколько убедительной может быть искусственно созданная природная сцена, когда признаки музейного пространства остаются за пределами кадра. В отдельных работах Фокс эта иллюзия становится менее устойчивой: детали декораций и отражения обнаруживают её искусственность. Ощущение жизни возникает не только благодаря правдоподобию экспоната, но и благодаря тому, какие элементы сцены фотография позволяет зрителю увидеть, а какие скрывает.
Признаки искусственной среды
В разделе: Дайан Фокс «UnNatural History», Александра Мёрфи «Specere II: Fixing the Shadows», Ричард Росс «Museology», Трэр Скотт «Natural History»
Ричард Росс, Музееведение
Иллюзия естественной среды сохраняется до тех пор, пока музей остаётся невидимым. Однако стекло, отражения посетителей, границы декораций и элементы экспозиции обнаруживают искусственность пространства. Природный пейзаж оказывается конструкцией, созданной для наблюдения, а животное — частью организованного человеком зрелища. При этом отражения могут соединять фигуры зрителей и экспонатов, создавая впечатление их присутствия в одном пространстве. Возникает противоречие: признаки искусственности разрушают иллюзию естественной среды, но не обязательно лишают животное видимого сходства с живым существом. Зритель одновременно воспринимает его как обитателя изображённого мира и как музейный предмет.


Ричард Росс, Музееведение
Ричард Росс, Музееведение


Трэр Скотт, Естественная история
Дайан Фокс, Тигр и цветы, Музей естественной истории, Лондон, Англия


Александра Мёрфи, Specere II: Fixing the Shadows
Трэр Скотт, Естественная история












