Зеленый действительно двойственен. Это цвет свежих овощей и испорченного мяса. Возможно, двойственность восходит к древнейшим временам, когда зеленый означал для человека и пищу и опасность.
Патти Беллатони в книге «If It’s Purple, Someone’s Gonna Die: The Power of Color in Visual Storytelling»
Добавить гифку с разными зелеными объектами
Рубрикатор
— алалалал
Концепция
Зеленый — цветовой парадокс, соединяющий в себе диаметрально противоположные понятия. Несмотря на то, что в европейской цивилизации зеленый прочно закрепился за правильным, природным, экологичным и здоровым, зеленый также может означать опасность, токсичность, обман, гниение и смерть.В своей книге «Если в кадре фиолетовый, кто-то умрет» Патти Беллатони отмечает, что связь с растительным миром делает зеленый цветом жизни и процветания, который особенно выделяется на фоне неподвижности, смерти и утраты. Зеленый же встречается в облике драконов, чудовищ и демонов, маркирует ядовитые жидкости и порочное общество, является зловещим символом смерти и разложения.В общем, находясь не на своем месте, зеленый мгновенно становится пугающим и опасным, если окрашивает сущности, которые по законам природы не должны быть такого оттенка. Тогда цвет начинает сигнализировать зрителю, что естественный порядок нарушен, что-то не в порядке.

Дуальность зеленого лежит в основе фильма «Легенда о зеленом рыцаре» Дэвида Лоури. В нем зеленый, как следует из названия, играет ключевую роль как на визуальном, так и на символическом уровне. Главные для сюжета символы, объекты и герои так или иначе связаны с этим цветом, на нем же основана философия фильма — неизбежность судьбы, проиллюстрированная необратимым обновлением природы.


Я выбрала этот фильм именно потому, что зеленый в нем используется не только как часть растительного фона или внешность монстра: цвет проникает в канву сюжета, ложится в основу морального конфликта и идеи фильма. Кроме того, «Легенда» основана на средневековом литературном первоисточнике — очевидно, что смыслы и идеи оригинального произведения в значительной мере устарели, стали неблизки и попросту непонятны современному зрителю. В своем исследовании я хочу проследить, как Дэвид Лоури меняет сюжет оригинальной поэмы, и как вслед за изменением смысла изменяется символизм зеленого цвета.В ходе анализа я затрону все аспекты, в которых присутствие (или отсутствие) конкретного цвета играет важную для зрителя роль. Структура исследования основана на их последовательном рассмотрении: образ зеленого рыцаря в литературной традиции и киноинтерпретации, коннотации зеленого пояса, языческая магия, токсичность, диалог зеленого с красным как соседство жизни и смерти.
Для анализа использованы стоп-кадры русской дублированной версии фильма 2021 года, на которых наглядно показаны изменение оттенков, пропорции занимаемого зеленым места в кадре, зеленые объекты и пр. В качестве теоретической основы я использую уже упомянутую книгу Патти Беллатони «If It’s Purple, Someone’s Gonna Die: The Power of Color in Visual Storytelling» для анализа цветовой символики, статью студентки магистратуры СПбГУ Александры Вячеславовны Улановой «Зелёный цвет в фильме Д. Лоури „Легенда о Зелёном рыцаре“» для анализа литературного первоисточника, заметку Василия Степанова «И тропинка, и лесок — „Легенда о Зеленом рыцаре“ Дэвида Лоури» в журнале «Сеанс» и другие киноведческие источники.
Главный вопрос исследования: каким образом в фильме раскрывается амбивалентность зеленого цвета, его принадлежность одновременно к жизни и смерти.
Магический цвет
В самом начале фильма зеленый практически полностью отсутствует. Камелот представлен холодным, безжизненным местом, в котором преобладают синие и оранжевые оттенки, а также глубокие черные тени, которые, как пишут Musicbed, отсылают нас к «„Дракуле Брэма Стокера“ Фрэнсиса Копполы. [?]
Впервые зеленый активно появляется в кадре, когда мать главного героя Гавейна — собирательный образ волшебницы Морганы ле Фэй, сестры короля Артура, решает сделать сыну биографию и проводит ритуал, призывающий Зеленого Рыцаря на рождественскую пирушку короля.Густые зеленые тени сгущаются над Камелотом, в небе сверкают зеленые молнии (которые будут встречаться и дальше в течение фильма), в чашу добавляются мшистые коряги, а послание для Рыцаря скрепляется зеленой печатью.Весь ритуал матери Гавейна окрашен в зеленый цвет, поскольку в раннем английском фольклоре зеленый отождествлялся с колдовством, происками дьявола и злом. [?] Д. У. Робертсон-младший (D. W. Robertson Jr.), «Why the Devil Wears Green» (Modern Language Notes, Vol. 69, No. 7, 1954, стр. 470–472)
Зеленый — это также цвет одержимости и контроля над разумом. Зала целиком заливается ярко-зеленым цветом, когда послание Рыцаря прочитывается голосом королевы.
Зеленый рыцарь
Кульминацией ритуала становится вторжение Зеленого Рыцаря на рождественский пир. Он предлагает героям смертоносную игру: мгновенную славу в обмен на обещание заплатить по счетам спустя год.

Образ ключевого для истории героя изначально двойственен. С одной стороны, Зеленого Рыцаря из литературного первоисточника — поэмы «Сэр Гавейн и Зеленый Рыцарь» — исследователи часто связывают его с дьяволом. Зеленый в таком контексте становится символом греха и сатанинского искушения.С другой стороны, некоторые исследователи, например медиевист Лоуренс Бессерман, проводят богословские параллели между Зеленым Рыцарем и Христом. Как Христос, он принимает смертельный удар и преодолевает смерть, а после выступает в роли милосердного судьи, прощая Гавейну трусость и обман (в оригинальном сюжете рыцарь нарушает заключенный с приютившим его лордом Бертилаком договор, утаивая подаренный леди пояс ради спасения своей жизни). [https://en.wikipedia.org/wiki/Sir_Gawain_and_the_Green_Knight]


слева — Консоль в форме лица «зелёного человека» на фасаде Бамбергского собора, справа — Зеленый Рыцарь в фильме Дэвида Лоури
В фильме же Лоури лишает зеленого Рыцаря любых оригинальных демонических или христианских коннотаций (хотя тот вызван к жизни магией матери Гавейна и является посредником её воли), оставляя только связь с Зеленым человеком — вегетативным божеством природы и символом возрождения. [https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%97%D0%B5%D0%BB%D1%91%D0%BD%D1%8B%D0%B9_%D1%87%D0%B5%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D0%BA]В интервью изданию IndieWire Лоури отмечает, что зеленый цвет Рыцаря отражает «природу в языческом смысле: конфликт между природой и цивилизацией или природой и религией». [https://www.filmmakersacademy.com/the-look-of-the-green-knight/] Зеленый Рыцарь в фильме больше не порождение зла — он олицетворение самого леса, буквально состоящее из коры и мха (художница по костюмам Малгоси Тужанская использовала древесную кору для плаща Рыцаря). [https://www.filmmakersacademy.com/the-look-of-the-green-knight/]
Бесконечный круговорот
Цикличность, заложенная в образ Зеленого Рыцаря, становится камертоном всего фильма. Зеленый цвет отражает идею: природа бесконечно возобновляется и захватывает пространства, подчиняя себе окружающую материю. Она бесконечно восстанавливается, и ей для этого совершенно не нужен человек.
Экокритика в «Легенде» перевернута: несмотря на то, что режиссер показывает раны, нанесенные природе человеком — вырубленные леса, выжженные поля сражений, она не выглядит хрупкой, и зритель понимает — Зеленый Рыцарь прирастит голову на место, следы зарастут травой и исчезнут без следа, природа переварит человека и даже не заметит его исчезновения. В разборе Сары Хигли «David Lowery’s The Green Knight» это трактуется так: хрупка не сама земля, а та гармония и среда обитания, в которой человек способен выжить.Но вместе со смертью, зеленый также сохраняет и свое традиционное для нашей культуры значение витальности и жизненной силы. Однако, как писала в своей книге Патти Беллантони, эта изначально позитивная характеристика может приобрести совершенно иной смысл, помещенная рядом со смертью, разрушением и увяданием.











