Концепция исследования

Дарохранительница в «Местной религиозной организации Римско-католический приход Успения Пресвятой Девы Марии в г. Нижнем Новгороде»
Притча о десяти девах — это одна из известных притч Иисуса Христа, записанная в Евангелии от Матфея (Мф. 25:1–13). Она строится на противопоставлении мудрых и неразумных дев. Все десять выходят встречать жениха со светильниками, однако только пять берут с собой запас масла. Когда жених приходит, подготовленные девы входят на брачный пир, а остальные остаются перед закрытой дверью. Разница между ними заключается в предусмотрительности, но в изображении эту черту необходимо передать через конкретные визуальные признаки.
Основу иконографии составляют две группы дев и их светильники. Горящий или поднятый светильник обычно обозначает готовность к встрече, погасший или перевёрнутый — её отсутствие. В повествовательных композициях появлется жених, которого трактуют как образ Христа, и вход на брачный пир как Царствие Небесное. Открытая и закрытая дверь превращают различие между героинями в пространственную границу: одни оказываются внутри, другие — снаружи. При этом не каждое произведение содержит все перечисленные элементы: сюжет может быть сокращён до одной группы или отдельной фигуры.
Художники используют разные способы передать различия дев. Помимо состояния светильников, это положение рук, наклон головы, направление движения и расположение относительно жениха или двери. Меняется и выбранный эпизод: ожидание, просьба поделиться маслом, вход на пир или возвращение к закрытой двери. Поэтому различия между произведениями необходимо рассматривать с учётом того, какой момент притчи изображён.
Исследование посвящено устойчивым и изменяющимся способам визуального противопоставления мудрых и неразумных дев в миниатюре, скульптуре, гравюре и живописи. Произведения будут сопоставляться по состоянию и положению светильников, жестам героинь и организации пространства. Это позволит установить, какие признаки повторяются в разных художественных традициях, а какие характерны для отдельных трактовок. Основной корпус исследования охватывает период с VI века до середины ХIX века. Объект исследования — изображения притчи о мудрых и неразумных девах в книжной миниатюре, монументальной живописи, архитектурной скульптуре, витраже, печатной графике и станковой живописи. Предмет исследования — способы, которыми в этих изображениях различаются две группы дев. Рассматриваются состояние и положение светильников, сосуды для масла, жесты и взгляды, одежда и головные украшения, надписи, а также положение фигур относительно жениха, двери и других архитектурных границ. Цель исследования — установить, какие признаки позволяют опознать мудрых и неразумных дев и как меняется значение этих признаков в зависимости от построения изображения.
РУБРИКАТОР:
1. Введение:
Концепция исследования
Ключевой вопрос
Кипотеза
2. Ранневизантийское искусство — VI век
3. Средневековое искусство
4. Поздняя готика и Возрождение
5. Притча в рисунке и печатной графике XVII века
6. Романтизм, назарейцы и викторианская иллюстрация
7. Выводы.
Различия между девами
Роль Христа-жениха
Ключевой вопрос исследования
Какими визуальными признаками художники различают мудрых и неразумных дев и насколько набор этих признаков связан с оригиналом притчи?
Дополнительный вопрос:
Как образ Христа-жениха помогает различить мудрых и неразумных дев и как его роль передаётся, когда он остаётся за пределами изображения?
Гипотеза
В сценах ожидания и встречи основное различие между группами передаётся через светильники и сосуды с маслом. В сценах после прихода жениха к этим атрибутам добавляется пространственное разделение: положение внутри или снаружи, близость к жениху и закрытая дверь. В изображениях отдельных дев, где повествовательное окружение отсутствует, различие сосредоточено на положении светильника и жестах фигуры.
Ранневизантийское искусство — VI век
«Притча о десяти девах», Россанское Евангелие — VI век. Миниатюра пурпурного кодекса, Музей епархии и кодекса в Россано, Италия.
Справа пять мудрых дев в белых одеждах стоят рядом с Христом на фоне деревьев и воды. Они держат горящие светильники. Христос повёрнут к двери и поднимает правую руку в сторону оставшихся снаружи. В ранних христианских традициях поднятая рука Бога или пророка также служила визуальным маркером речи, провозглашения воли или закона. Этот жест олицетворяет Его слова из Евангелия: «Истинно говорю вам: не знаю вас». Сад за его спиной можно прочитать как образ Рая. Здесь показан финал притчи. Две группы различаются по пламени светильников, цвету одежды и положению относительно двери. Интересно то, что неразумные девы тоже могут держать светильники поднятыми. В этой миниатюре готовность обозначает именно наличие огня, а закрытая дверь показывает её последствие.Образ и иконография Иисуса Христа здесь читается очень ясно. Помимо привычного нам вида его одежд, бороды, его голову осеняет крестчатый нимб, который сразу нам даёт понять природу «жениха».
Средневековье — XII–XIV век
Мастер Педрета. Росписи южной апсиды церкви Сант-Кирзе-де-Педрет — около 1100 года.

В росписи Педрета различие между девами передано через их место в сцене. Мудрые уже сидят за столом рядом с Христом, а неразумные стоят снаружи. Положение фигур показывает исход притчи: кто вошёл на брачный пир и кто остался за его пределами.По сравнению с Россанской миниатюрой здесь особенно важен сам пир. В Педрете принадлежность к каждой группе можно определить по тому, находится ли дева за столом рядом с Христом. Между группами находится настоящий оконный проём. Само окно апсиды прерывает роспись и разделяет дев. Это интересный пример того, как архитектура участвует в композиции.У мудрых дев появляются нимбы над головами и интересные нарядные головные уборы. Венцы, украшенные драгоценностями.Образ Иисуса располагается под куполом, но он, к сожалению, не сохранился. — Оттоновская корона, выставленная в сокровищнице Эссенского собора, около 1100 года —

На южной апсиде располагается персонификация Церкви. Женщина в венце и с нимбом, с пальмовой ветвью в руке. Венец объединяет её с мудрыми девами, которые в этой росписи тоже увенчаны, тем самым это намекает зрителю на значение притчи, что девы — церковь, которая должна ждать пришествия жениха.


Мудрые и неразумные девы на центральном западном портале базилики Сен-Дени — около 1140 года.
В Сен-Дени мудрые и неразумные девы расположены вертикальными рядами по обеим сторонам центрального входа. Мудрые держат светильники чашей вверх, неразумные — чашей вниз. В каменной скульптуре именно положение светильника помогает различить группы.Здесь границей между девами становится сам вход в базилику. В Педрете оконный проём разделяет группы на стене апсиды, а в Сен-Дени посетитель проходит между ними. Так тема входа из притчи связана с движением человека через портал. Это связано с трактовкой этого сюжета церковью. Девы символизируют людей, которые ждут второго пришествия Иисуса Христа. Брачный пир — Рай. Человек как-бы сам выбирает готов он ко встрече с «женихом» в лице Христа, или не готов и отправится в Ад.
«Христос с мудрыми и неразумными девами», тимпан монастыря Ованаванк — 1217 год
Интересно то, что в тимпане на месте мудрых и неразумных дев изображены бородатые мужчины. Притчу можно узнать по композиции. Христос на троне разделяет две группы по пять фигур. Он благословляет тех, кто держит светильники. Обе группы помещены в один тимпан над входом в церковь. В средневековой армянской традиции притчу о десяти девах толковали и применительно к жизни мужских монашеских общин. Риккардо Пане связывает с этим прочтением мужской облик фигур в Ованаванке: готовность к встрече со Христом становится требованием, обращённым к самим монахам.Иисус здесь изображен восседающим на троне, а кресчатый нимб позволяет нам узнать его.
Миниатюра Притча о десяти девах Ереван, Матенадаран переписчик Йовсян 1308 год

Ещё один пример интересной армянской иконографии: девы здесь вовсе не девы, а мужчины. Но на самом деле это не меняет посыла притчи. Здесь отчётливо видны нимбы над головами всех героев, что удивительно, в сравнении с распутными девицами в обычной иконографии. Трактовку связывают с тем, что поскольку это монахи, все десять хранили девство, взяли светильники и вышли навстречу жениху. В этом смысле исследователь Риккардо Пане называет всех десятерых «святыми и верующими», хотя к приходу жениха готовы только пятеро. Пане предполагает, что общий для всех нимб передаёт именно эту мысль.Тот же образ Христа на троне, он изображен босым, в отличие от «немудрых дев». Это может отсылать нас к словам Господа Бога о том что на святой земле нельзя находиться в обуви: «Сними обувь с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая».

У мудрых «дев» жёлтый тон местами выходит за контуры нимбов и зрительно соединяет их в полосу света. У неразумных нимбы сохраняют отдельные очертания. Вместе с горящими светильниками и близостью мудрых к Христу этот эффект можно прочитать как образ света благодати. Աստծո շնորհի լույսով լցված — «исполненные светом Божией благодати»


Мудрые и неразумные девы, Магдебургский собор — около 1250 года.
В Магдебургском соборе эмоции выражены заметно ярче, чем в рассмотренных ранее произведениях. Мудрые девы открыто улыбаются, а неразумные склоняют головы, морщат лица и подносят руки к глазам. У каждой фигуры свой жест и выражение лица, поэтому даже внутри одной группы радость или горе показаны по-разному.В предыдущих примерах исход притчи можно было прочитать по закрытой двери или по тому, кто находится рядом с Христом. Здесь же он виден в реакции самих героинь. Положение светильников по-прежнему помогает различить две группы, а мимика и жесты показывают, как каждая дева переживает случившееся.
Торос Рослин. «Мудрые и неразумные девы» — 1262 год.
На миниатюре у всех дев есть нимбы над головами и пока сложно различить кто из них причислен и к какой группе. События, что здесь изображены происходят до того, как масло у пяти кончится.


Мудрые и неразумные девы в программе портала Страшного суда собора Парижской Богоматери — XIII век; реставрации XIX века.
Отчётливо видна разница между тем как обращаются с лампами данные девушки. Мудрые — прижимают огонь к себе, можно сказать к сердцу. В то время как неразумные стоят с опущенными руками. В нынешнем ансамбле по пять дев с каждой стороны. На рисунке, сделанном до переделки портала в 1771 году, их по три. Сохранившиеся сегодня фигуры вырезал Мишель-Паскаль в 1847–1864 годах при восстановлении средневекового портала.

















