Рубрикатор
1. Концепция
2. Заяц в бестиариях: между описанием и образом
3. Заяц и кролик в маргиналиях: жесты, атрибуты и роли
4. Перевёрнутый мир: насилие зайцев и кроликов над человеком
5. Преследуемое животное: сцены охоты
6. Заключение
7. Источники
Концепция
Образы зайца и кролика в средневековом искусстве отличаются разнообразием ролей. Эти животные появляются в бестиариях, охотничьих трактатах и на полях религиозных рукописей. Они могут быть объектами наблюдения, добычей или фантастическими персонажами, которые получают оружие и власть над своими преследователями. Выбор темы обусловлен интересом к тому, как узнаваемый животный облик приобретает разные значения благодаря изменению позы, поведения и окружения. Исследование позволит рассмотреть не только символические трактовки, но и визуальные способы построения образа.Исследование охватывает искусство Западной Европы XII–XV веков. Основной материал составят миниатюры, инициалы и маргиналии бестиариев, охотничьих трактатов, псалтирей, часословов и юридических сборников. Сосредоточение на рукописях позволит сопоставить разные способы изображения животных в пределах одного художественного носителя. В корпус войдут произведения с установленными или аргументированно определёнными датировкой, происхождением и местом хранения, доступные в цифровых коллекциях библиотек и музеев.

Главным критерием отбора станет возможность визуального сравнения: повторение сюжета в разных памятниках или использование сходных поз и атрибутов в разных ситуациях.
Рубрикация строится по тематическому принципу: от узнаваемых признаков животного и его положения в сценах охоты — к человеческим жестам, занятиям и сюжетам перевёрнутого мира.
Отдельное внимание уделяется взаимодействию фигуры с текстом, инициалом, орнаментом и полями. Такая структура позволит проследить изменение роли персонажа, не предполагая последовательной исторической эволюции от наблюдения за природой к фантастике. Датировки будут использоваться для уточнения контекста и выявления различий между памятниками.Текстовую основу составят научные исследования средневековой иконографии животных, бестиариев и маргиналий, включая работы Дебры Хэссиг, Майкла Камилла и Мишеля Пастуро. Каталоги помогут проверить сведения о произведениях, а средневековые описания животных и охотничьи трактаты — сопоставить изображения с соответствующей текстовой традицией. При анализе будут разграничиваться видимые особенности и их интерпретации: конкретное символическое или сатирическое значение не будет автоматически переноситься с одного произведения на другое.
Как поза, атрибуты, взаимодействие с другими персонажами и положение на странице формируют разные роли зайца и кролика?
Разнообразие образов определяется не только символическими представлениями, но и организацией сцены. Сохраняя узнаваемый облик, животное меняет роль благодаря человеческим жестам, оружию и перемене отношений с преследователями. Особенно выразительно это проявляется в перевёрнутой охоте: привычная добыча становится носителем силы и власти. Сопоставление произведений позволит проверить, какие приёмы создают эту перемену.
Заяц в бестиариях: между описанием и образом

Средневековый бестиарий представляет животное не только как часть природного мира, но и как предмет толкования. Сведения о внешности и повадках соседствуют в нём с унаследованными от античных авторов представлениями и нравоучительными объяснениями. Поэтому бестиарий нельзя воспринимать как зоологический справочник в современном смысле. Его изображения существуют на пересечении наблюдения, текстовой традиции и художественной условности.
В средневековой традиции заяц описывается как робкое и быстрое животное. Наряду с этими свойствами ему приписывалась способность менять пол — представление, не соответствующее современной зоологии. Сосуществование наблюдаемых и вымышленных качеств показывает, что знакомый облик не исключал фантастического понимания природы животного. При этом наличие определённого свойства в тексте ещё не означает, что художник обязательно передавал его в миниатюре.


1. Rabbit and a horn (Philadelphia, University of Pennsylvania, Rare Book & Manuscript Library) (примерно 1275–1299) 2. Rabbit with bagpipe (The Rutland Psalter (British Library)) (примерно 14 век)
Для визуального анализа особенно важна узнаваемость зайца. Длинные уши, характерные пропорции тела и развитые задние конечности позволяют обозначить животное без подробной передачи анатомии. Эти признаки становятся опорными элементами образа. Их выразительность следует рассматривать не как меру сходства с натурой, а как способ сделать фигуру различимой среди других обитателей бестиария. Условность изображения в таком случае выступает самостоятельным художественным приёмом, а не недостатком наблюдательности.

Исходным памятником для сопоставления может служить английский бестиарий Aberdeen Bestiary, созданный около 1225–1250 годов.Бестиарий позволяет выделить исходные признаки образа и поставить вопрос об отношениях между узнаваемой формой и приписываемыми свойствами. В дальнейшем те же особенности животного можно сопоставить со сценами охоты и маргиналиями, где изменение позы, окружения и атрибутов превращает привычную добычу в активного персонажа.
Миниатюра четырех зайцев (Aberdeen Bestiary (Aberdeen University Library)) (Примерно 12-13 век)
Заяц и кролик в маргиналиях: жесты, атрибуты и роли
На полях средневековых рукописей заяц и кролик получают роли, выходящие за пределы привычного поведения животных. Они держат оружие, вступают в поединки и пользуются охотничьими принадлежностями. Узнаваемое тело при этом сохраняется, но поза, жесты и предметы позволяют прочитать фигуру как воина или охотника. Возникает несоответствие между животным обликом и человеческим действием, на котором строится выразительность подобных сцен.

Одним из основных приёмов становится вертикальное положение тела. Стоя на задних лапах, животное получает возможность действовать передними как руками: удерживать меч, направлять копьё, держать веревку или прикрываться щитом. Однако человеческая роль определяется не одной позой. Важны сочетание атрибутов, положение фигуры относительно противника и характер взаимодействия между ними. Часто эти образы крайне жестоки.
Деталь из The Breviary of Renaud de Bar (1302-3 годы)
Так, в зимней части бревиария Рено де Бара, созданной в Меце в 1302–1303 годах, зайцеобразные сражаются с собаками при помощи мечей, щитов и копий. Вооружение делает сцену похожей на человеческий поединок. На другом листе животное с копьём и щитом помещено на фантастического ездового персонажа с раковиной улитки. Здесь к присвоению человеческих атрибутов добавляется необычное сочетание участников, усложняющее привычные отношения между животными.


1. The Breviary of Renaud de Bar (Winter portion) (1302-3 годы) 2. Собака на кролике и кролик на улитке (The Breviary of Renaud de Bar (Winter portion)) (1302-3 годы)
Другой вариант представлен в английском часослове 1320-х годов — Harley MS 6563. Охотничий рог, лук и стрелы обозначают зайцеобразного как охотника, а собака в качестве добычи раскрывает переворачивание ролей. Атрибуты не просто украшают фигуру: они помогают определить занятие персонажа и понять действие.

Таким образом, очеловечивание в маргиналиях не требует полного изменения внешности животного. Достаточно соединить узнаваемый облик с человеческими жестами и предметами. При этом комическое несоответствие видно непосредственно в изображении, тогда как конкретное сатирическое значение каждой сцены требует отдельного обоснования.
A rabbit archer takes aim at a spotty dog (Harley MS 6563, ff. 96v-97r.) (примерно 1320-е)
Перевёрнутый мир: насилие зайцев и кроликов над человеком

В средневековых рукописях встречаются изображения, в которых зайцы и кролики нападают на людей, сражаются с ними, судят и казнят охотников. Животное, обычно выступающее добычей, становится носителем силы. Эти сцены допускают несколько взаимосвязанных прочтений: визуальную шутку, воплощение перевёрнутого мира, пародию на человеческое насилие и, при наличии соответствующего контекста, нравоучительную интерпретацию.
Ранний пример представлен в Арнштейнском пассионале, созданном около 1170-х годов. На листе 151r рукописи Harley MS 2801 два зайцеобразных вешают человека на перекладине инициала T. Охотничий рог обозначает занятие жертвы и помогает распознать перемену ролей: преследователь сам оказывается в положении добычи. Буква при этом становится частью действия, превращаясь в орудие казни. Хотя сцена расположена в инициале, она использует тот же принцип инверсии, который встречается в позднейших маргиналиях.
Книжная миниатюра с буквицей «T» (Arnstein Passional, Британская библиотека, шифр Harley MS 2801, лист 151r) (примерно 1170-е)
В Смитфилдских декреталиях, декорированных в Лондоне в 1340-е годы, насилие развёрнуто в последовательное повествование. На листах 59v–61v рукописи Royal MS 10 E IV зайцеобразные ранят охотника, связывают его, приводят к судье и обезглавливают. Они присваивают не только оружие, но и человеческие формы власти. Связанное тело человека противопоставлено свободно действующим животным: положение фигур и распределение атрибутов делают смену иерархии наглядной.












