Концепция
В современное время видеоигры все чаще берут на себя роль пространства для этического экспериментирования, предлагая игроку ситуации моральных дилемм.
Под моральной дилеммой в контексте видеоигр понимается такая ситуация выбора, в которой каждый из доступных вариантов действия влечет за собой негативные моральные последствия, а однозначно правильного решения, снимающего этическое напряжение, не существует.
Выбор между правильным и неправильным стал неотъемлемой частью ролевых игр, стратегий и инди-проектов, однако не все дилеммы вызывают у игрока действительную этическую рефлексию - многие из них сводятся к нажатию подсвеченной кнопки, результат которой заранее предсказуем. При этом существуют игры, которые отказываются от этого, погружая игрока в ситуацию не имеющего очевидного решения и именно эти проекты представляют интерес для исследования.
Игровой процесс в Frostpunk (11 bit studios, 2018).
Какими же средствами видеоигры способны превратить момент морального выбора из нажатия кнопки в ситуацию этической неопределенности?
Актуальность темы заключается в запросе индустрии на сложные и эмоционально насыщенные нарративные системы, однако анализа какие именно игровые стратегии ведут к такому опыту, недостаточно.
Практическая значимость исследования заключается в том, что его выводы могут быть использованы разработчиками для создания этически насыщенных ситуаций в играх.
Три проекта, анализируемые в исследовании (слева направо): Papers, Please (Lucas Pope, 2013), The Witcher 3: Wild Hunt (CD Projekt RED, 2015), Frostpunk (11 bit studios, 2018).
Материал для исследования отобран по принципу изображения различных подходов к созданию моральной дилеммы. Выбранные игры относятся к разным жанрам и временным периодам.
Первая — «Papers, Please», симулятор бюрократа на пограничном пункте;
Вторая — «The Witcher 3: Wild Hunt», ролевая игра, прославившаяся своими неоднозначными решениями и последствиями;
Третья — «Frostpunk», градостроительная стратегия выживания.
Принцип выбора и анализа текстовых источников опирается на пересечение философской этики и критической теории игр.
Для анализа привлекаются работа Яна Богоста «Persuasive Games: The Expressive Power of Videogames» [1], в которой исследуется способность игровых процедур выступать в качестве риторических аргументов, а также труды Мигеля Сикарта «Beyond Choices: The Design of Ethical Gameplay» [3] и «The Ethics of Computer Games» [4], рассматривающие игрока как активного этического субъекта.
Практические аспекты создания дилемм анализируются с опорой на руководство Бренды Брэтуэйт и Яна Шрайбера «Challenges for Game Designers» [2], где подробно разобраны дизайнерские приемы создания морально неоднозначных игровых ситуаций.
Одна из концовок в Papers, Please (Lucas Pope, 2013).
Рубрикация исследования выстроена по принципу — от конкретной игры к общей картине.
Первая часть — давление обстоятельств в «Papers, Please», анализ того, как временной дефицит и моральная амбивалентность каждого решения превращают рутину в непрерывный этический компромисс.
Вторая часть — моральная неопределенность в «The Witcher 3: Wild Hunt», разбор того, как игра умышленно скрывает последствия выбора, а затем предъявляет их игроку спустя время, разрушая иллюзию правильного решения.
Третья часть — отложенная мораль в «Frostpunk», исследование механики принятия законов и визуального роста города как отражение накопленных этических уступок, где расплата за выбор наступает спустя время.
Гипотеза исследования — полноценный этический опыт возникает не тогда, когда игра ясно маркирует добро и зло визуальными и текстовыми подсказками, а тогда, когда она целенаправленно лишает игрока такой определенности.
Исследование предполагает показать, что наиболее действенными стратегиями оказываются введение ресурсных ограничений, умышленное сокрытие информации и постепенно накопление нравственных компромиссов. Такой подход позволяет видеоигре извлекать моральное переживание не из текста диалогового окна, а из самой игры, ее систем и темпа.
Papers, Please
Игра моделирует работу инспектора пограничного пункта тоталитарного государства Арстотцка. Игрок должен проверять документы въезжающих, сверяя паспортные данные, сроки действия, фотографии и дополнительные разрешения. За этой рутиной скрывается сложная система морального давления, разворачивающаяся через визуальный минимализм и ресурсные ограничения.
Начальная кат-сцена в Papers, Please (Lucas Pope, 2013).
Визуальная эстетика игры ограничена. Пиксельная графика, приглушенная палитра серых, коричневых и тускло-зеленых тонов и грязный интерфейс пункта пропуска - все это не оставляет места романтизации происходящего.
Игрок лишен возможности отказаться от аморального поступка. Любое решение подается как механическое действие - штамп "одобрено" или "отказано". Эта визуальная безэмоциональность усиливает этическое напряжение: столкнувшись с человеческой историей, изложенной короткой репликой или отчаянным взглядом пиксельного персонажа, пользователь вынужден самостоятельно наделять ситуацию моральным весом.
Диалоги с въезжающими в Papers, Please (Lucas Pope, 2013).
Ключевым инструментом этического давления выступает временной дефицит. Каждый игровой день длится ограниченное время, а заработная плата зависит от числа обработанных посетителей. Ошибки штрафуются, а штрафы напрямую угрожают существованию семьи инспектора. Игра помещает игрока в ситуацию, которую Бренда Брэтуэйт и Ян Шрайбер характеризуют как сущностный признак моральной дилеммы.
Как подчеркивают Бренда Брэтуэйт и Ян Шрайбер, настоящая моральная дилемма подразумевает, что любой выбор несет негативные последствия, здесь нет очевидно правильного ответа. Дизайнер должен создать ситуацию, в которой игрок чувствует ответственность за свое решение, но при этом понимает, что идеального исхода не существует [2, с. 213].
Запрет на въезд одной из беженок в Papers, Please (Lucas Pope, 2013).
Пропустить беженку без полного комплекта документов - значит рискнуть штрафом и, как следствие, голодом для собственной семьи, отказать ей - обречь на гибель за стенами пункта. Оба варианта морально ущербны, и игра не предлагает обходного пути.
Дополнительное измерение привносит визуальная ограниченность обратной связи. Игра никогда не говорит игроку, правильно ли он поступил. Нет шкалы кармы, нет подсветки доброго или злого решения. Последствия выбора проявляются косвенно: короткая газетная заметка на следующий день, смена реплик персонажей или трагическая записка, переданная позже. Это согласуется с мыслью Мигеля Сикарта, который утверждает:
«Игроки в компьютерной игре являются этическими агентами, и <…> этику компьютерных игр следует рассматривать как сложную сеть ответственностей и моральных обязанностей. Игроки не должны считаться пассивными аморальными созданиями; они размышляют, соотносят и творят, обладая этическим мышлением». [4, с. 113]
В Papers, Please отсутствие явного морального определения заставляет игрока самостоятельно рефлексировать над совершенным, что превращает рутинное действие в глубоко личный этический акт.
Первый теракт в Papers, Please (Lucas Pope, 2013).
Таким образом, Papers, Please демонстрирует стратегию создания моральной дилеммы через ресурсное давление, временной дефицит и визуальный минимализм. Игра сознательно отказывается от однозначных маркеров добра и зла, помещая игрока в пространство этического компромисса.
Игровой опыт строится не на принятии решения, а на накоплении небольших уступок, каждая из которых подтачивает представление игрока о собственной моральной чистоте.
The Witcher 3: Wild Hunt
