Original size 893x1200

Медея. О чем говорит образ.

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition

КОНЦЕПЦИЯ

«Медея» Еврипида — трагедия о предательстве и мести, но спектакль Владислава Наставшева буквально сжимает его до состояния дистиллята. Текст урезан до нескольких сцен, любовь Медеи и Ясона остаётся за пределами сцены, действие начинается там, где любовь уже агонизирует. Сам режиссёр называет это состояние «агонией любви». Из этого следует принципиальный вывод, постановка структурно отказывается от «разъяснения истории», в ней нет тех страданий Медеи, то, как она любила, жертвовала и была брошена Ясоном, здесь режиссер вынес это за скобки. На сцене остаётся уже сломанная женщина и двое сыновей, которым предстоит стать орудием мести.«Медея» принадлежит к числу самых ставимых античных сюжетов на русской сцене. Известны версии Гинкаса, Любимова, Васильева, а постановка Охлопкова 1961 года в Театре Маяковского была первым обращением к «Медее» в СССР. Наставшев входит в эту традицию с радикально минималистичной интерпретацией. Почти всё сценическое решение составляют два стула, белый помост, четверо действующих лиц и двое детей-хористов. Его контраст с предшественниками принципиален. Охлопков воссоздавал амфитеатр и вводил масштабный хор, Наставшев поступает обратным образом и сжимает трагедию до почти камерного формата. Это сжатие выносит на первый план звук, тело, композицию и свет, когда убрано всё лишнее, оставшиеся средства вынуждены нести всю нагрузку.Ключевой вопрос исследования:

Каким образом поза, голос, пространство и свет делают видимыми эмоции и поступки героев, которые в пьесе выражены словом?

Отдельно стоит зафиксировать жанровую природу материала, с которым работает Наставшев. Режиссер сохраняет каркас античной трагедии и никуда не убирает хор, но эта роль передаётся двум мальчикам, которые одновременно являются персонажами и рассказчиками. Наставшев использует перевод Иннокентия Анненского, который был написан нарочито архаично, не осовременено, и эта архаика работает на руку материалу. Важно и то, что спектакль сознательно отказывается от «объяснительной» части сюжета, его предыстория с путешествием за Золотым руном, встречей Медеи и Ясона и изменой остается за пределами спектакля.Сам режиссёр называет происходящее на сцене «агонией любви», но любовь уже мертва, и спектакль начинается с той точки, где трагедия Еврипида обычно только подходит к кульминации. Его Медея стала не просто обманутой женой, а «сверхчеловеком» и бунтарем против системы, в которой женщина не имеет права быть недовольной решением мужа. Именно этот сдвиг от бытовой драмы к трагедии особого существа среди «лилипутов» и передаётся визуальными средствами, которые предстоит разобрать в этом исследовании.

Структура исследования Глава 1. Звук Глава 2. Поза и тело Глава 3. Композиция Глава 4. Свет

ГЛАВА 1. ЗВУК

Хор детей Медеи
1 min

Спектакль начинается с того, что зритель слышит пение раньше, чем успевает разглядеть сцену. Два мальчика стоят на белом помосте и исполняют хор, который в античной трагедии обычно рассказывает предысторию. Наставшев оставляет эту функцию, но отдаёт её детям Медеи и Ясона. В результате голоса, которые должны объяснить зрителю, что случилось до начала действия, принадлежат тем, кому в этом действии предстоит погибнуть. Зритель слышит рассказ о прошлом от персонажей, у которых нет будущего. Этот разрыв между функцией голоса и судьбой его носителя задаёт напряжение с первых секунд.

Original size 1563x927

Скриншот из видео-спектакля «Медея». Режиссера Владислава Наставшева. Рижский русский театр им. М.Чехова.

Музыку к хорам Наставшев написал сам, использовав текст Бродского. В открывающей сцене мальчики поют на высоких нотах.Критик Наталия Григорьева описывает начало спектакля так:

«Полутемный зал заполнен дымом, в котором проступает силуэт сидящей на стуле женщины… Через несколько мгновений ее лицо искажает гримаса безмолвного крика, звучит музыка — высокие детские голоса поют положенные на музыку самого Наставшева стихи Бродского из „Медеи“, пересказывая историю колхидской царевны-волшебницы».

Важно здесь то, что крик Медеи появляется до пения и остаётся беззвучным. Она уже кричит, но зритель ещё не слышит её голоса. Голос хора приходит после, и это выстраивает такую иерархию, что сначала образ, потом звук, который этот образ объясняет.

Original size 1374x1145

Скриншот из видео-спектакля «Медея». Режиссера Владислава Наставшева. Рижский русский театр им. М.Чехова. Изображение улучшено с помощью Chat GPT

Зачем режиссёру понадобились именно детские голоса, становится понятно из логики спектакля. Дети в «Медее» не просто хор на фоне, как это было в древнегреческом театре, мальчики являются одновременно рассказчиками и участниками. Наставшев в интервью объяснял, что «дети — результат взаимоотношений Медеи и Ясона, поэтому она уничтожает их, пытаясь забыть связь с любимым». Получается, что хор, который должен вводить в миф, оказывается частью того, что этот миф уничтожит. Голоса мальчиков звучат как голоса жертв, которые ещё не знают, что они жертвы, но это знает зритель.

Original size 1536x1024

Скриншот из видео-спектакля «Медея». Режиссера Владислава Наставшева. Рижский русский театр им. М.Чехова. Изображение улучшено с помощью Chat GPT

Голос самой Медеи устроен иначе. Гуна Зариня играет женщину, которая не ведёт диалог в привычном смысле. В первой части спектакля, когда она обращается к пустому стулу напротив, её голос почти не звучит. Она корчится на сцене, балансирует на краю стула, прячется под него, но крик остаётся безмолвным.Григорьева описывает это так:

«Медея в исполнении Гуны Зарини корчится на сцене, обращаясь к невидимым собеседникам — ее внутренняя боль обретает здесь почти акробатическое воплощение».

Loading...

Звук приходит позже, когда на втором стуле появляются Креонт и Ясон, только тогда безмолвный крик становится слышимым. Медея отвечает криком на их объяснения, и этот крик меняет расстановку сил. Пока она молчала, она была брошенной женщиной, когда она закричала, то стала угрозой. Звук здесь работает как индикатор власти.

Loading...

Отдельного разбора заслуживает момент, когда голоса мальчиков исчезают. В спектакле это происходит ближе к финалу, и тишина после пения оказывается сильнее самого пения. Мальчики пели о прошлом, которое привело к их рождению. Когда они замолкают, это означает, что прошлое закончилось. Дальше остаётся только то, что Медея сделает с настоящим. Звук в этот момент уходит со сцены, и зритель остаётся с тишиной, в которой убийство уже произошло или происходит. Наставшев выстраивает звуковую драматургию так, что исчезновение голоса работает как главный сюжетный удар.

ГЛАВА 2. ПОЗА И ТЕЛО

Позы и движения Медеи являются одним из главных способов передать ее чувства в спектакле. После того как зритель услышал пение мальчиков, внимание переходит к её позам. Тело Медеи постоянно находится в действии, они резкие и хаотичные. Интересно, что она почти не касается напрямую других участников сцены, но при этом может на них воздействовать за счет своих «сил» и движений.Критик Мария Львова описывает это так:

«Ее тело течет, скручивается и переливается, как живая капля, в которой бурлит и вспучивается не энергия жизни, а беспримесная смертоносная ненависть».

Это описание точно передаёт то, что видит зритель на сцене. Медея корчится на стуле, скручивается в клубок, балансирует на самом краю и рискует упасть с белого помоста. Её позы показывают существо, которое больше не может находится в человеческом облике, и то, насколько она отличается от Ясона и других участников действий.Зачем режиссёру понадобилась такая телесная стратегия, становится понятно из задачи, которую он поставил перед актрисой. Зариня в интервью говорит, что тяжесть роли связана с тем, что «войти в этот мир тяжело физически и морально».Она также формулирует своё понимание героини:

«Мы с режиссёром определили ее как сверхчеловека, такого Гулливера в стране лилипутов».

Если Медея — Гулливер среди лилипутов, то её тело не может двигаться как тело обычной женщины. Оно должно занимать пространство иначе, а также нарушать привычные пропорции и границы. Когда Медея отодвигается на стуле к самому краю помоста и замирает за миллиметры до падения, это работает именно на образ сверхчеловека, для которого обычные законы не действуют. Тело здесь передаёт то, что словами пьесы выражено лишь частично. Нельзя сказать, что Медея просто обижена и разгневана, она существует в другом режиме, и этот режим виден через её физическое поведение.

Loading...

Отдельного разбора заслуживает сцена с Ясоном. В тексте пьесы это долгий диалог, в котором Медея и Ясон обмениваются обвинениями. В спектакле этот обмен превращён в физическое столкновение, где тело Медеи работает как оружие. Пришедшего к ней Ясона обвинения жены лупят, как пощечины. От каждой реплики Медеи его голова мотается от плеча к плечу, а щеки багровеют. Вопль «Я тебя спасла» швыряет Ясона на пол и опрокидывает вместе со стулом.Здесь важно то, что Медея почти не прикасается к Ясону. Её тело и её голос действуют вместе, и результат оказывается физическим. Ясон падает, задыхается, хватается за горло. Поза Медеи в тот момент показывает чувство, которое выталкивает другого человека из пространства одним своим присутствием. Режиссёр отказывается от бытовой ссоры и делает сцену похожей на столкновение двух стихий, где одна стихия явно сильнее, опять же показывая Медею как сверхчеловека.

0
1/3

Скриншот из видео-спектакля «Медея». Режиссера Владислава Наставшева. Рижский русский театр им. М.Чехова. Изображения улучшены с помощью Chat GPT

Медея. О чем говорит образ.
Project created at 19.11.2026
adcr.dafes
The Art Directors Club of Russia sets the benchmark for creative excellence in design and advertising, serving as a central hub where industry professionals connect. Since 2004, the Club has hosted the ADCR Awards—a premier national competition celebrating creativity, design, and advertising. The core mission of the awards is to champion agencies and independent creators making their mark in the local market. By presenting this honor on behalf of the professional community, the Club reaffirms its endur... Show more
adcr advertising
adcr design
adcr students and young creators