Original size 878x1206

Постправда: как искусство влияет на общественные взгляды

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes

В эпоху постправды эмоции, верования и манипуляции воздействуют на взгляды общества сильнее фактов. Искусство в этой среде не только искажает реальность, но и формирует новые способы её восприятия и интерпретации.

big
Original size 1920x1152

Предвыборные плакаты «Поступай как Casapound, Голосуй против, Заставь его плакать», 2016

Рубрикатор

1. Введение 2. Манипуляция изображением 3. Эмоции в визуальной стратегии убеждения 4. Гиперреальность 5. Художник как разоблачитель 6. Фейк-искусство 7. Заключение 8. Библиография 9. Источники изображений

Введение

Современное общество живёт в культуре, где доверие к визуальному языку подорвано: изображение стало являться не свидетельством реальности, а инструментом влияния. Постправда возникает там, где эмоции и убеждения оказываются весомее фактов, а визуальный поток становится ключевым источником манипуляций. В эпоху бесконечной ленты изображений границы между правдой, интерпретацией и ложью стираются, именно эти изменения используются для определенных целей. Количество информации, с которой сталкивается человек каждый день, стремительно растёт. Люди получают новости из десятков источников, и проверять всё это становится всё сложнее, поэтому большинство людей перестаёт уделять внимание и время на фактчекинг. Одновременно стирается граница между личным и массовым контентом: пост друга в соцсети может звучать так же убедительно, как высказывание учёного, но доверия будет больше к первому. Это создаёт иллюзию равной ценности высказываний, несмотря на то, что реальная экспертиза часто отсутствует.

Постправда — обстоятельства, при которых объективные факты являются менее значимыми при формировании общественного мнения, чем обращения к эмоциям и субъективным убеждениям[9].

Интернет-пространство постепенно распадается на множество групп, объединённых похожими взглядами. Пользователь находит людей, которые думают так же, как он, и получает подтверждение своей позиции. Он начинает всё сильнее верить в её исключительную правильность. Усиливает этот эффект алгоритмы и персонализация: чем чаще человек реагирует на определённый тип информации, тем больше он её получает. В итоге медиа перестают расширять картину мира, и превращаются в механизм, поддерживающий существующие убеждения, даже если они основаны на ошибках, страхах и искажённых фактах. На первый план выходит не объективная действительность, а субъективное эмоциональное восприятие, особенно когда речь идёт о тревоге, беспокойстве, разочаровании или злости. Наибольшее внимание привлекают визуальные инструменты, которые подпитывают внутренние страхи, подталкивают к панике или создают ощущение катастрофы. В таких условиях реальность начинает выглядеть ложной, потому что именно эмоциональные триггеры становятся главным критерием доверия к информации.

Цель манипулятивных тактик — сбить людей с толку, заставить усомниться в собственных оценках и в итоге привести к нужному кому-то мнению.

Плакаты, коллажи, фотографии в определенных обстоятельствах или с определенным посылом, генерация — все это инструменты для того, чтобы управлять человеческими мыслями. Авторы данного искусства продвигают свои убеждения, затрагивают социальные и политические проблемы, а также придают огласку важным событиям благодаря запоминающей визуализации.

Манипуляция изображением

История визуального обмана появилась практически одновременно с появлением самой фотографии. Как только люди научились фиксировать изображение, сразу возникли и способы менять его под свои цели: в 19-20 веках ретушеры убирали из снимков нежелательных людей и вещи, а сегодня на это место пришли алгоритмы, создающие deepfake-ролики. Изменилось не само желание манипулировать картинкой, а быстрота, с которой это можно сделать, масштаб распространения и степень незаметности таких вмешательств. Теперь убедительность изображения — это результат не кропотливой ручной работы, а технологического процесса. Подделка превратилась в отдельный художественный подход, где правдоподобие стало одним из инструментов манипуляции, а не признаком реальности.

Возвращение войны домой: Прекрасный дом, Марта Рослер, 1967-1972

Розлер создала «Возвращение войны домой: Прекрасный дом» во время активной войны во Вьетнаме. Она соединяла фотографии пострадавших вьетнамцев с изображениями домов американской элиты, показывая «войну в гостиной» — когда ужасы войны доходят до домов США через СМИ.

Возвращение войны домой: Прекрасный дом, Марта Рослер, 1967-1972

Эти фотомонтажи заставляют пересмотреть границы «здесь» и «там» и показывают, как медиа формируют восприятие войны.

0
1/3

Возвращение войны домой: Прекрасный дом, Марта Рослер, 1967-1972

Группа противников Brexit, возглавляемая Donkeys вместе с кампанией For our Future’s Sake создала пародию на знаменитую рекламу Leave.EU «Breaking point». Новый плакат высмеивает антииммигрантскую риторику оригинала 2016 года и критикует самопровозглашённых «борцов с элитами», заявляя, что Британия страдает от «неумелых руководителей».

Original size 1171x582

Пародия на плакат Leave.EU «Breaking point»

Эмоции в визуальной стратегии убеждения

Постправда ценит не точность, а воздействие. Визуальные сообщения, такие как арт, реклама или политические плакаты, манипулируют эмоциями через страх, желание, возмущение. От шоковых кампаний до популярных мемов — в такой тактике важна сила чувства, а не аргумент.

Взгляни в лицо смерти, Оливьеро Тоскани, 2000

Оливьеро Тоскани считал «провокацию» высшей похвалой и любил рекламу с социальным подтекстом. Руководство Benetton поддерживало его до 2000 года, пока он не разместил логотип под портретами заключённых, приговорённых к смертной казни в США. Тоскани объяснял: обвинять должны не его, а сторонников смертной казни и тюремного насилия, где, по его словам, царит атмосфера Третьего рейха.

Original size 1300x916

Священник и монахиня, Оливьеро Тоскани, 1991

Guerrilla Girls — анонимная группа феминистских художниц, раскрывающих дискриминацию через юмор и визуальные образы. Их плакат о недостатке художниц в Метрополитен-музее Нью-Йорка разместили на автобусах после отказа в билборде. С 1984 года они реализовали сотни проектов по всему миру.

Original size 1273x500

Должны ли женщины быть голыми, чтобы попасть в Метрополитен Музей? , Партизанские девушки, 1989

Барбара Крюгер использует язык медиа — прямой, агрессивный, эффектный — чтобы критиковать политику и культуру, стирая границы между рекламой и искусством. Её работа «Без названия (Ваше тело — это поле битвы)», созданная для Женского марша 1989 года в поддержку репродуктивных прав, показывает лицо женщины, разделённое на позитив и негатив и перекрытое текстом. Это одновременно художественный образ и политический протест, чья сила остаётся актуальной и за пределами своего времени.

Original size 1071x1080

Без названия (Ваше тело — это поле битвы), Барбара Крюгер, 1989

Гиперреальность

Современные изображения нередко превосходят реальность по убедительности: рендеры выглядят «слишком настоящими», виртуальные инфлюенсеры ведут себя убедительнее живых людей. В эпоху симуляций граница «подделка / подлинник» становится не важной; важным становится «эффект реального».

Постправда: как искусство влияет на общественные взгляды
Project created at 29.12.2025
adcr.dafes
The Art Directors Club of Russia sets the benchmark for creative excellence in design and advertising, serving as a central hub where industry professionals connect. Since 2004, the Club has hosted the ADCR Awards—a premier national competition celebrating creativity, design, and advertising. The core mission of the awards is to champion agencies and independent creators making their mark in the local market. By presenting this honor on behalf of the professional community, the Club reaffirms its endur... Show more
adcr advertising
adcr design
adcr students and young creators