ВведениеЭпический вестерн зарождается в Голливуде в 1920-е годы, до этого лишь изредка стилевые особенности жанра всплывали в приключенческих фильмах. Запад к тому времени уже был освоен, поэтому все события, связанные с ним становятся историей. Однако такое глобальное событие требовало масштабного воплощения и переосмысления, так как оно повлияло не только на жизнь каждого человека, но и на миграцию сразу большого количества людей, породило конфликты и идейные разногласия. Так, в 1923 году Джеймс Круз снимает «Крытый фургон» и впервые показывает переселенческую тропу как событие грандиозного масштаба. После него исторические сюжеты становятся основой жанра. Немного позже Джон Форд в «Железном коне» (1924) рассказывает, как строили трансконтинентальную дорогу. «Перекати-поле» (1925) Кинга Бэггота и фордовские «Три негодяя» (1926) посвящаются земельным гонкам, а «Симаррон» (1931) Уэсли Рагглза социальным переменам на фоне освоения земель. Каждый из фильмов освещает определенную сторону больших изменений в связи с освоением новых территорий, однако всех их объединяет масштаб, с которым преподносится это событие, и интерес к тому, как люди выстраивали свои отношения и быт, находясь в столь шатком положении на грани перемен.
Ключевой вопрос:
Какими визуальными средствами эпический вестерн раннего Голливуда придаёт истории освоения Запада величие эпоса? И как в его кадре и сюжете соотносятся огромное пространство, движущаяся масса людей и жизнь простого человека?
ГипотезаЭпический эффект достигается не только из-за задействования большого количества актеров, но в основном благодаря постоянному сопоставлению большого и малого масштаба: исторического события и частной жизни человека с понятными каждому проблемами, выборами и сомнениями. Простор задаёт величину события, его грандиозное влияние на все человечество и масштабные последствия. Поток фургонов, рабочих и всадников показывает историю как общее движение к цели, которое продолжается непрерывно, благодаря чему достигается успех. Герой же с его личной драмой делает это событие более приземленным, понятным каждому. Тем не менее, герой без массовости остался бы персонажем приключенческого вестерна. Жанр возникает там, где они пересекаются: частная история любви, мести или утраты завершается в тот же момент, что и общее дело, составляя единую историю, прожитую в разных масштабах.Структура исследования В исследовании четыре главы. Они идут от самого широкого уровня изображения исторического события к самому близкому. В каждой главе анализируется определенная визуальная черта, которые в итоге сводятся воедино, тем самым образуя жанровую систему эпического вестерна.
Рубрикатор
- Масштаб и пространство
- Движение как визуальный язык
- Герой и массовость
- Личная драма в историческом сюжете
- Заключение
Масштаб и пространство
Повествование эпического вестерна неслучайно всегда начинается общего плана происходящего. Группа людей, объединившийся воедино движется в едином направлении, как буквально, так и метафорически — с азартным желанием достичь цели, освоить земли Запад. Поэтому прежде чем зритель знакомится с личной историей главных героев, он видит грандиозный исторический контекст, который несомненно влияет на весь сюжет фильма. Именно по масштабности пейзажа вокруг можно проникнуться контекстом, заложенным автором и ощутить величину предстоящего события.


Кадры из фильма «Крытый фургон» реж. Джеймс Круз, 1923
Так, Джеймс Круз строит масштаб на неподвижном дальнем плане. Камера стоит далеко, караван пересекает кадр по диагонали, небо и пейзаж занимаю болеет половину экрана. Лиц людей совсем не различить, видна только белая цепь парусиновых повозок, что концентрирует внимание не на деталях, а на картине в целом. На контрасте маленьких повозок и необъятного простора, режиссер рассказывает о том, насколько серьезно было намерение людей пойти на Запад, что даже условия проживание среди дикой природы не смогли помешать их решимости. На переправе через Платт вода заполняет кадр целиком, а фургоны и скот становятся точками на её поверхности. Природа здесь играет роль гиперболизирующего приёма: несмотря на то, что люди порой беспомощны перед стихией, это не делает их слабыми, а наоборот, делает их путь более значимым.
Кадры из фильма «Крытый фургон» реж. Джеймс Круз, 1923
Кадр из фильма «Крытый фургон» реж. Джеймс Круз, 1923
Джон Форд же использует тот же простор как для подчёркивания масштаба происходящих работ, так и для раскрытия функции природы в сюжете. Так, композиция кадра показывает, что люди малы перед мощью и возможностями природы. И даже несмотря на то что именно благодаря труду людей пишется целая история, природа всё же может внести свои коррективы. Так, в фильме «Железный конь» кульминация сюжета строится на поиске наиболее оптимального пути для прокладки железной дороги, где главный герой лицом к лицу встречается со смертью, но выживает. Таким образом, именно природа диктует людям свои правила, и благодаря этому строится несколько опорных точек сюжета, главных сцен.
Кадры из фильма «Железный конь» реж. Джон Форд, 1924)


Кадры из фильма «Железный конь» реж. Джон Форд, 1924
В фильме «Симаррон» масштаб измеряется построенным городом, новой империей, которая уже возникает на глазах зрителя. Здесь пространство становится точкой отсчёта новой эпохи, а масштаб указывает на грандиозные изменения, которые уже случились и которые грядут в ближайшем будущем.
Кадр из фильма «Симаррон» реж. Уэсли Рагглз, 1931
Кадр из фильма «Симаррон» реж. Уэсли Рагглз, 1931
Таким образом, пространство в кадре становится неотъемлемой частью эпического вестерна, так как оно, в первую очередь, подсвечивает историзм сюжета, его связь с грандиозным событием — освоением Запада, а также через композицию, дальний план и контраст масштаба объектов раскрывает роль человека в этом событии, как каждый справляясь с нелегкими условиями шел вперед к общей, глобальной цели.
Движение как визуальный язык
Не менее важную роль играет движение в эпических вестерн: оно не просто даёт понять направление движение, но многое говорит о движение массы, всех собравшихся, как единого организма, а также раскрывает настроение конкретной сцены. Так, обоз идёт в Орегон. Рельсы тянутся через континент. Тысячи людей срываются с места ради участка земли. Зритель ещё не увидел титр, а смысл сцены уже понял: по тому, как движутся люди, как располагается камера и как хаотичное движение сменяется единым.


Кадры из фильма «Три негодяя» реж. Джон Форд, 1926
У Круза камера неподвижна, движется караван. Идёт он медленно, но ритмично, и режиссёр этой медлительности не прячет: фургоны один за другим долго тянутся через кадр. Ровный шаг здесь означает порядок, поэтому любой сбой ритма превращается в событие, который рушит спокойствие, равномерное движение к цели. Так, на охоте на бизонов всадники рассыпаются по равнине, а стадо несётся поперёк кадра, так как само действие не требует последовательности. Тем не менее, такое движение разбавляет привычные кадры, где рабочие трудятся над строительством дороги. Добыча мяса для пропитания становится решительным вызовом, на который людям приходится соглашаться из раза в раз, повинуясь условиям. Также движение может выражаться и в спокойном ключе, так, двигаясь на Запад, люди разделяются во мнениях и начинают двигаться в разные стороны: часть поворачивают в Калифорнию за золотом, другие идут в Орегон пахать землю. Здесь, смена направления это выбор судьбы, от которого зависит жизнь людей и дальнейшая кульминация сюжета.
Кадр из фильма «Крытый фургон» реж. Джеймс Круз, 1923


Кадры из фильма «Крытый фургон» реж. Джеймс Круз, 1923
В «Железном коне» движение обретает ритм и механику. Укладчики бьют молотами в такт, и труд у Форда выходит танцем, что поддерживает людей во время такой нелегкой работы и символизирует постепенное движение к общей цели. Сцена работы над железной дорогой становится неким лейтмотивом фильма, который преследует сюжет до самого конца. Такое внимание к строительству неслучайно: с течением развития сюжета исторический контекст не меняется, люди продолжают трудиться день и ночь, на что обращает внимание режиссёр.


Кадры из фильма «Железный конь» реж. Джон Форд, 1924
Кроме того, само строительство дороги является своеобразным движением: в конце концов, строительство обеих дорог замыкается. все воссоединяют в единой точке. Главные герои встречаются, важное историческое событие, на которые люди положили годы своей жизни, подходит к концу.


Кадры из фильма «Железный конь» реж. Джон Форд, 1924
Кадр из фильма «Железный конь» реж. Джон Форд, 1924
Важным не только в сюжете, но и для раскрытия мотива движения выступают гонки за землю. Во всех фильмах они передают напряжение, суету (хаотичное движение): повозки разъезжаются в разные стороны, люди дерутся перед стойкой регистрации земли, все толпятся в очередях, стараясь заполучить собственную выгоды. Здесь движение символизирует постоянную борьбу, которая складывается из-за грядущих перемен и желании каждого остаться в выигрыше, когда всё утресётся и жизнь войдет в привычное русло. Таким образом, в период освоения Запада у всех уходила почва под ногами, так как не было единого свода правил, поэтому движение здесь становится попыткой бороться за собственную выгоду.












