Виртуальная выставка с миниатюрами лавкрафтовских существ, с залами, соответствующими этим монстрам по ощущению и логике. Через экспозицию, и спец. эффекты идет переосмысление страха как объективного, так и абстрактного.
Через модели существ и связь с помещениями: переиначивание Лавкрафтовских образов и их метафорического значения.
Сами пространства выставки и маршрут нарративно выстроены так, чтобы вызвать дискомфорт.
Были выбраны шестеро созданий: Иные боги — Азатот, Ньярлатотеп, Шуб-Ниггурат; Ктулху — Великий Древний и малые расы: ночной мверзь и паук Лэнга.
Паук Лэнга
Паук Лэнга — про ненасытность, одиночество, ловушку. Люди, сросшиеся с паутиной, — жертвы, которые стали частью его владений. Эти никогда не могут насытиться вдоволь. Когда они достигают зрелости, то становятся малоподвижными, однако остаются не менее опасными за счет высокого интеллекта и ловко расставленных сетей.
Человек может взаимодействовать с паучьим яйцом на локации, что ведет к потере освещения, и он вынужден двигаться дальше.
Ночной мверзь
Эти создания питаются самой структурой сна и выглядят довольно жутко. Они находятся в поиске Великого сна, где смогут обрести покой. Я провела через него аллюзию на сонный паралич: существо, сковывающее твое тело собственным страхом, вреда тебе не причиняет, однако рациональное мышление перед неизвестным всегда будет проигрывать и удушать.
При проходе через коридор у зрителя блокируется возможность смотреть по сторонам, создается эффект туннельного зрения; здесь постепенно теряется контроль человека над ситуацией.
Ктулху
Ктулху здесь — щупальце-лестница, которое служит переходным моментом для локации: далее не человек влияет на мир, а мир влияет на него.
Даже будучи погруженным в беспробудный сон, Ктулху влияет на людей, доводя их до безумия.
Шуб-Ниггурат
Черная коза, мать тысячи младых, богиня извращенного плодородия. Безликая и непостижимая, она имеет самый обширный культ, который только существовал. Сектанты вопят ей кровавые мольбы, лишь бы быть тем, кто сопровождаете, тем, кого рождают, пожирают и извергают заново. Тем, у кого нет воли.
По Лавкрафту, потеря собственного «я» — истинный апофеоз ужаса.
Ньярлатотеп
Ползучий хаос, противоположность Шаб-Ниггурат. Он — многоликость, вездесущесть собственных кровожадных желаний, недоступных для человеческого понимания. Он получает особое удовольствие от хаоса и раздора, нежели от «простого» убийства и уничтожения.