This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes

концепция

Существуют пространства, внешне лишённые каких-либо признаков непосредственной угрозы, но неизменно вызывающие чувство глубокого, переходящего в тревогу дискомфорта.

В некоторых случаях человеческое восприятие считывает в подобной среде образы упадка и насилия; ощущение опасности и угнетения материализуется в виде грязи, разрухи и следов хаоса. Эмоциональное воздействие окружения строится на отталкивающем, эстетически враждебном посыле, делающем пространство визуально непригодным для обитания.

«Сталкер», Андрей Тарковский, 1979 Автор скриншотов: Daniel R. Kieckhefer, сайт THE CINEMATOGRAPH

big
Original size 0x0

«STRAY», BlueTwelve Studio, 2022 Автор скриншота: Ahmet Koçak, сайт Daily Sabah

Вместе с тем существует иной, более тонкий и комплексный механизм воздействия, при котором чувство постоянной тревоги и бессилия вызвано не хаосом, но его прямой противоположностью —идеальным, доведённым до абсолюта порядком. Угнетающая сила таких пространств заключена в безупречной геометрии, стерильных поверхностях, подавляющем масштабе пустующих залов и кажущемся отсутствии следов человеческой жизнедеятельности. Здесь подавление осуществляется не через вызывающую инстинктивное возмущение неопрятность, а через холодную, непререкаемую рациональность, где каждый элемент подчинён безличной логике системы. Такое пространство заставляет человека ощущать себя не обитателем, а функциональной, подлежащей замене деталью непостижимого в своей тотальности механизма.

big
Original size 2048x1152

«Mirror’s Edge Catalyst», DICE, 2016 Автор концепт-арта: DICE, сайт Mirror’s Edge Archive

Воздействие двух разных эстетик — распада и сверхпорядка — сравнимо в их способности конкретизировать сугубо метафизическое ощущение опасности, переводя его в сферу непосредственного пространственного опыта.

Подобные пространства, целенаправленно формирующие опыт угнетения и дегуманизации, принято называть дистопическим.

Original size 1600x749

«Mass Effect: Andromeda», BioWare, 2017 Автор концепт-арта: Brian Sum, сайт Artstation

— понятие дистопии

В массовой культуре и популярных медиа слова «антиутопия» и «дистопия» часто используются как синонимы. Для большинства зрителей, читателей или игроков разница между ними неочевидна: оба термина описывают «мрачное будущее», «нежелательный государственный строй» и, как следствие, «неблагополучное общество».

Несмотря на это, нормативная трактовка этих двух понятий неоднократно становилась предметом продолжительных академических дискуссий.

О возможном различии между терминами свидетельствует этимология каждого из них:

Слово «дистопия» происходит от греческого dys-, что означает «плохой», «трудный», «больной», и topos — «место». Буквально — «плохое место». В то же время слово «антиутопия» формируется корнем utopia с помощью приставки anti-, означающей «против», «вместо». Таким образом, антиутопия — это «противоположность утопии» или «отпор утопии».

Иными словами, в то время как дистопия описывает катастрофическое состояние общества, антиутопия предполагает идейную полемику с утопическим проектом.

«1984», Майкл Рэдфорд, 1984 Автор скриншота: Emre Can Duygulu, сайт Medium «Мы», Гамлет Дульян, 2021 Автор скриншота: Big Cinema, сайт Russian Life

В российской науке пионером такого подхода стала Виктория Чаликова, которая проанализировала разницу понятий на примере романов «Мы» Е. Замятина и «1984» Дж. Оруэлла. Её ключевой тезис — антиутопия полемизирует с утопическим проектом изнутри, показывая, как идеальная модель превращается в тоталитарный кошмар, в то время как дистопия изображает изначально «плохое место», лишенное утопической подоплеки.[1]

Original size 1080x459

«Звездный путь», Джей Джей Абрамс, 2009 Автор скриншота: UltraByt3, сайт Reddit

Не менее авторитетным считается разграничение, предложенное американским политологом Лайманом Тауэром Сарджентом. Он определяет:

Утопию (или эутопию) — как воображаемое общество, лучшее, чем общество зрителя. Дистопию — как общество, худшее, чем общество зрителя (просто «плохое место»). Антиутопию — как критику самой утопической идеи или конкретной позитивной утопии.[2]

Эту дифференциацию поддерживают и другие исследователи, например, профессор литературы Роберт М. Филмус, редактор журнала Science-Fiction Studies.[3]

Original size 2480x754

В рамках исследования я использую термин «дистопическое пространство» как зонтичное понятие для обобщения всего спектра смыслов, существующего в пределах двух разных понятий.

Я исхожу из предположения, что, несмотря на разное происхождение, такие пространства часто объединяет общий визуальный фундамент — архитектура. Будучи наиболее монументальным и социально ориентированным видом искусства, она обладает исключительным потенциалом влияния на массы, буквально формируя среду их существования.

«Control», Remedy Entertainment, 2019 Автор скриншотов: The Sudden Stop, сайт flickr

Архитектура как априори созидательная деятельность редко мыслит исключительно отрицательными категориями.

Исходя из этого, истоки дистопического пространства можно обнаружить как в умышленно созданной «архитектуре подавления», так и в её противоположности — течении, изначально устремлённом к светлому будущему. Таким течением стал модернизм XX века с его утопическими устремлениями: освобождение формы через функцию, вера в универсальный прогресс, мечта о создании новой, рациональной и справедливой среды для человека.

Original size 1546x1240

Небоскреб «Ponte City», Манфред Хермер, 1975 Автор фото: Patrick Waterhouse, сайт Patrick Waterhouse

Вместе с тем, не кажется преувеличением утверждать, что в экранных искусствах а впоследствии — всей визуальной культуре в целом, эти идеалы подверглись своего рода инверсии. Эстетические средства модернизма, воплощенные в архитектуре представляют собой основополагающую часть всей образности кинофильмов, которые можно счесть эталоном изображения дистопии: Таймсмид Эстейт и лекционный центр Университета Брунеля в фильме «Заводной апельсин» (Стэнли Кубрик, 1971),  Кройдонская электростанция в фильме «Бразилия» (Терри Гиллиам 1985), а так же более современный синтетический футуризм — например, станция берлинского метро Бундестаг в фильме «Эквилибриум» (Курт Уиммер, 2002). Так, культ необработанного бетона, гигантский масштаб и машинная типизация, задуманные как воплощение новаторства и социального оптимизма, со временем стали ассоциироваться с иными качествами: подавляющей монументальностью, обезличиванием и тотальным отчуждением, поскольку зачастую пренебрегали человеческим масштабом и психологией восприятия.

Лекционный центр Университета Брунеля, Джон Хейвуд, 1967 Автор фото: Simon Phipps, сайт simonphipps Автор фото: wheresphil, сайт Where is Phil Now?

Именно эта внутренняя противоречивость — разрыв между гуманистическим замыслом и дегуманизирующим эффектом — делает эстетику модернизма, особенно в её бруталистской и интернациональной версиях, идеальным и универсально узнаваемым «языком» для визуализации безличных систем власти в дистопиях.

Original size 1600x963

«Заводной апельсин», Стэнли Кубрик, 1971 Автор скриншота: Brent Dunham, сайт StudioBinder

Как следствие, моя цель заключается в том, чтобы и определить, какие присущие модернизму стилистические черты представляют собой устоявшийся лексикон, позволяющий минимальными средствами создавать универсально узнаваемое и психологически воздействующее дистопическое пространство в медиа. При систематизации полученных данных, они складываются в аналитическую схему, которая может стать действенным инструментом как для деконструкции готовых пространств в медиа, так и для проектирования новых, позволяя осознанно конвертировать идеологию в конкретные архитектурные формы и прогнозируемые психологические эффекты.

Введение
Project created at 18.12.2025
Chapter:
1
2
3
4
adcr.dafes
The Art Directors Club of Russia sets the benchmark for creative excellence in design and advertising, serving as a central hub where industry professionals connect. Since 2004, the Club has hosted the ADCR Awards—a premier national competition celebrating creativity, design, and advertising. The core mission of the awards is to champion agencies and independent creators making their mark in the local market. By presenting this honor on behalf of the professional community, the Club reaffirms its endur... Show more
adcr advertising
adcr design
adcr students and young creators