Рубрикатор
Концепция исследования Раздел 1. Книга как атрибут-идентификатор Раздел 2. Книга как знак духовного и интеллектуального авторитета Раздел 3. Книга и свиток как предмет действия и знак авторства Раздел 4. Книга как элемент индивидуальной характеристики человека Заключение Библиография Источники изображений
Концепция
Книга — один из самых устойчивых предметов в западноевропейском искусстве XII–XV веков. Нижняя граница периода связана с развитием средневековой художественной традиции, в рамках которой книга становится постоянным элементом религиозной иконографии. Она появляется в руках Христа, Богоматери, апостолов, святых и обычных людей на надгробиях. Несмотря на привычность этого мотива, её функция редко становится предметом отдельного анализа. При этом предмет в руках персонажа — это не декоративная деталь, а визуальное высказывание, которое указывает на роль персонажа, его заслуги и отношение к священному тексту.
Ключевой вопрос исследования:
Как меняется функция книги или свитка в руках персонажа в западноевропейском искусстве XII–XV веков, и от чего зависит это изменение? Влияет ли на него эпоха, тип персонажа или памятника?
Книга обладает узнаваемой материальной формой, но её значение определяется не только внешним видом. Важно, кто именно её держит, открыта она или закрыта, обращены ли страницы к зрителю. В работу включены произведения, в которых книга является участником конкретного действия, что позволяет рассматривать её как средство художественной характеристики человека. Для анализа выбраны произведения западноевропейского искусства XII–XV веков, где книга или свиток является смысловым элементом, а не фоновой деталью. Материал охватывает разные типы памятников. В работу включены и итальянские памятники с византийским влиянием, так как они демонстрируют адаптацию византийской иконографии к западному заказу. При работе с текстовыми источниками приоритет отдается музейным каталогам и академическим публикациям, содержащим атрибуцию и анализ конкретных памятников.
Гипотеза заключается в том, что книга и свиток проходят путь от универсального символа священного текста и власти к индивидуализирующему атрибуту. Её функции не ограничиваются идентификацией персонажа. Она обозначает духовный авторитет, становится предметом изображённой деятельности и участвует в формировании социального образа человека. Традиционные символические значения не исчезают, а сосуществуют с более конкретными способами взаимодействия человека с книгой.
Исследование делится на четыре раздела по функции предмета в изображении. В первом книга рассматривается как иконографический атрибут. Во втором — как знак духовного авторитета. Третий посвящён изображению книги в процессе действия. В четвёртом исследуется её участие в создании индивидуального образа человека. Разделы выстроены по принципу нарастания субъектности персонажа по отношению к книге. От пассивного присутствия атрибута к личному чтению.
Раздел 1. Книга как атрибут-идентификатор
В первом разделе книга рассматривается как внешний знак, который указывает на личность персонажа. Это самая простая и одновременно самая важная функция. Предмет в руках святого работает как иконографический маркер и помогает зрителю узнать, кто изображен. Однако даже в этой роли книга функционирует по-разному. Она может быть частью жеста, главным маркером или одним из нескольких атрибутов.
Бернардо Дадди, «Святая Екатерина Александрийская с донатором», ок. 1340
На картине изображена Святая Екатерина Александрийская — одна из самых почитаемых святых в христианском искусстве, представшая перед зрителем в образе царственной мученицы. Эта работа была создана итальянским художником Бернардо Дадди около 1340 года и сегодня хранится в музее Опера-дель-Дуомо во Флоренции. На этой картине книга служит опознанию святой: Екатерина узнаётся по книге, а также по колесу и короне. Святая держит небольшой закрытый кодекс в красном переплёте одной рукой, вторая рука свободна, у ног стоит коленопреклонённый донатор. Книга здесь является внешним знаком, который вместе с другими атрибутами сообщает зрителю, кто изображён. Материальность предмета подчёркивает его статус. Это аккуратный закрытый кодекс, который святая демонстрирует, но не читает.
Джорджо Скьявоне, «Святая», ок. 1456–1461
Это произведение кисти итальянского художника Джорджо Скьявоне, созданное примерно в 1456–1461 годах. Оно хранится в Лондонской национальной галерее. На панели изображена неопознанная святая. Музейный каталог прямо указывает, что её имя неизвестно, а морщинистая кожа говорит о зрелом возрасте. В левой руке она держит богато украшенную книгу с золочёным обрезом, красным переплётом и металлическими застёжками, а в правой — пальмовую ветвь (знак мученичества). Если в предыдущем примере книга функционировала в ансамбле с другими атрибутами, то здесь ситуация иная. В отсутствие короны или колеса именно книга становится главным визуальным маркером, указывающим на учёность и статус святой. Мы не знаем, кто она, но предмет в её руках «подписывает» её как носительницу знания.
Неизвестный скульптор. «Святой Иаков Старший» XV век.
Перед нами средневековая скульптура Святого Иакова Старшего из коллекции Музея Виктории и Альберта в Лондоне. Это резьба по алебастру, созданная в Англии в XV веке. Пример показывает книгу как часть ансамбля атрибутов, но с акцентом, отличающимся от первого примера. Святой Иаков стоит в длинном одеянии, в левой руке он держит закрытую книгу с застёжкой, правая рука сжимает остатки посоха. Через правое плечо перекинут ремень с сумкой, а на шляпе и одежде видны раковины-гребешки, которые являются знаками паломника. Для анализа важен именно способ участия книги в опознании, ведь она не единственный идентификатор. Иаков узнаётся по совокупности атрибутов (шляпе, сумке, посоху и раковинам). Книга входит в этот набор как обязательный элемент, но не выходит на первый план. Материальность подчёркнута иначе, чем в живописи.Алебастр позволяет показать объём книги, её толщину и то, как рука охватывает переплёт. Книга здесь — это один из нескольких маркеров, но именно она придаёт святому статус носителя слова, дополняя образ паломника.
Раздел 1. Вывод
В первом разделе книга выступает как средство опознания персонажа. Однако материальное взаимодействие с ней меняется.В одних случаях она работает в ансамбле с другими атрибутами,
в других становится главным или единственным маркером. Это показывает, что даже в функции опознавательного знака книга остается многозначным предметом, а ее роль зависит от контекста изображения.
Раздел 2. Книга как знак духовного и интеллектуального авторитета
Если в первом разделе книга помогала опознать персонажа, то здесь она указывает на его право говорить от имени Бога. Эта функция в западноевропейском искусстве до XV века реализуется преимущественно через образ Христа Пантократора (Вседержителя). Во всех трёх примерах книга в его руках — это не атрибут для опознания, а знак Его права быть источником учения. Ключевым для анализа становится материальное состояние книги: открыта она или закрыта, и как она расположена в композиции.
Неизвестный мастер. Христос Пантократор. 1148. Собор Чефалу, Сицилия.
На изображении представлена знаменитая мозаика «Христос Пантократор» (Вседержитель) из апсиды собора Чефалу на острове Сицилия. Для её создания король Рожер II пригласил мастеров из Константинополя. Они работали в классической византийской традиции, однако заказ и архитектурный контекст были западными. Христос изображён в апсиде. Его правая рука поднята в жесте благословения, а в левой он держит раскрытую книгу. На страницах читается текст Евангелия от Иоанна (8:12) на греческом и латинском языках: «Я свет миру». Важно уточнить, что это не просто «книга как атрибут». открытый текст делает Христа прямым источником слова, которое зритель может прочитать. Раскрытая книга и читаемый текст подчёркивают иерархию. Христос не просто физически удерживает книгу, а являет её содержание.
Франческо да Пиза, Чимабуэ и Вичино да Пистойя, «Христос на престоле с Богоматерью и святым Иоанном», 1301–1321 гг., Пизанский собор, г. Пиза.
На изображении представлена ещё одна знаменитая мозаика, но уже из Пизанского собора. В центре композиции на золотом фоне восседает на троне Христос в окружении двух фигур. Слева от зрителя изображена Дева Мария, а справа Иоанн Креститель, который склонился в молитвенной позе. Пизанская мозаика продолжает ту же иконографическую схему. Христос на троне, правая рука в благословении, а в левой раскрытое Евангелие с тем же текстом. Однако книга здесь лежит на колене и придерживается рукой, а не выдвинута вперёд, как в Чефалу. Наличие фигур по бокам меняет восприятие. Раскрытая книга и жест благословения обращены не только к зрителю, но и к предстоящим заступникам, которые молят Христа за человечество. Это показывает, как один и тот же атрибут вписывается в разные типы композиции.
Мастер из Тауля, «Христос в величии» ок. 1123. Национальный музей искусства Каталонии, Барселона.
На изображении запечатлена фреска «Христос в величии», котороая происходит из церкви Сан-Климент-де-Тауль в Каталонии, Испания. В центре композиции восседает Христос. Его фигура вписана в мандорлу (миндалевидное сияние), которая символизирует божественный свет и славу. Каталонская фреска даёт третий вариант той же функции, но в западной романской традиции. Правая рука благословляет, а в левой открытая книга с надписью «EGO SUM LUX MUNDI» («Я свет миру»). Эти слова из Евангелия от Иоанна, и свет понимается как Слово, дающее жизнь. Материальные характеристики книги здесь подчёркнуты иначе, чем в мозаике. Фреска плоскостна, и книга развёрнута к зрителю как знак откровения, доступного всем, кто стоит перед алтарём. Если в Чефалу и Пизе книга представлена в пространстве монументальной мозаики, то в Тауле она становится частью настенной росписи небольшой приходской церкви.
Раздел 2. Вывод
Во всех трёх случаях книга у Христа раскрыта, и именно это делает её знаком власти и откровения. Текст не скрыт, он явлен зрителю. Различие между памятниками заключается не в функции (она одна — право на слово), а в адресате и контексте. Материальное состояние книги (она раскрыта, текст читается) остаётся неизменным. Это подтверждает гипотезу исследования. На данном этапе книга ещё не «индивидуализирует» персонажа, а указывает на его место в иерархии откровения.
Раздел 3. Книга и свиток как предмет действия и знак авторства
Если в предыдущих разделах книга служила для опознания персонажа или указывала на его право говорить, то здесь она становится знаком авторства. Она важна не как готовый атрибут святости, а как объект, который персонаж создал или продолжает создавать.
В этом разделе мы рассматриваем два типа взаимодействия с текстом: статичный результат авторства (готовый свиток в руках) и сам процесс создания (работа над раскрытой книгой).




