
Орнитоморфный образ

Образ птицы для многих культур по всему миру является очень важным, так же и для русского искусства. Нередко орнитоморфные изображения несут в себе образы свободы, человеческой души и перерождения. Так у М. Шагала «Над городом» герои парят над повседневным миром. Пара обретает суперсилу полёта души, люди «окрылённые» — свободны. Приобретённые из древней греции Алконост и Птица Сирин частые мифологические персонажи средневековой книжной графике, в живописи (В. Васнецов «Сирин и Алконост. Песнь радости и печали.»), в абрамцевской мозаике (тот же образ птицы Сирин на скамье Врубеля). В православной иконописи встречается изображения белого голубка как «святого духа». Получается, орнитоморфный образ несёт в себе смыслы перемещения между мирами (духовным и мирским), он нередко связан с человеческой душой, что важно для понимания человеком своей природы.
Кулайская и Итульская культуры

Обращение к более ранним изображением птиц может помочь понять о том как формировался этот мотив в дальнейшем. Поэтому была выбрана следующая тема: орнитоморфный образ в кулайской и иткульской археологических культурах времён раннего железного века. Название первой археологической культуры связано с горой «Кулайка», которое находится недалеко от современного села Подгорное в Томской области. Там в начале двадцатых годов прошлого столетия был обнаружен клад бронзовых предметов. Территориально охватывает Западную Сибирь (в бассейне Оби, от Нарымского и Сургутского Приобья до южно-таежных районов). Вторая же культура связана с озером «Иткуль», где археологи исследовали городище с металлургическими находками. Находки прошлого столетия сформировали термины «Кулайская» и «Иткульская», которыми в дальнейшем начали пользоваться. Географически это Средний и Южный Урал (Зауралье и Приуралье: Свердловская и Челябинская области, Башкортостан). Так, в визуальном исследовании используется и анализируется материал Кулайской культуры примерно с V века до н. э. по V век н. э. и Иткульской в VIII–III веках до н. э.
Основания для сопоставления
Сопоставление этих археологических культур возможно по несколькими причинами. Какие-то исследователи говорят о возможности их преемственности, связанной с миграцией народов на географическом стыке культур. Ю. П. Чемякин в работе «Кулайская культура — общность — непрерывность?» рассматривает три гипотезы перемещения кулайского населения в сторону Урала (1), а также цитирует Л. А. Чидину, отмечающую возможное доминирование кулайской культуры в местах миграции.
Что касается других, более южных территорий распространения кулайских древностей, относительно
них доминируют миграционные теории, правда, в различных представлениях.
Ещё одним основанием для сопоставления иткульских и кулайских орнитоморфных изображений является значимость образа птицы в мифологических представлениях народов Западной Сибири, Среднего и Южного Урала. Так, в мифе о сотворении земли гагара достаёт со дна водоёма комочек глины, из которого впоследствии образуется суша (2). Новиков А. В. и Терехина В. Ю. упоминают сходный сюжет в мифологических представлениях иткульцев (3). В той же статье авторы обращаются к образу Ворона — могущественной птицы, находящейся в небесном пространстве и наблюдающей за поступками людей. Этот образ также позволяет увидеть, какое место птица занимала в мифологической картине мира иткульцев (3).
Исследовательский вопрос
В данном визуальном исследовании ставиться следующий следовательский вопрос: какие сходства и различия декоративных и пластических приёмов прослеживаются в орнитоморфных образах в металлопластике Иткульской и Кулайской культурах? Гипотезой считается утверждение: в вышеупомянутых культурах наблюдается стремление к выделению и сохранению наиболее узнаваемых признаков образа птицы при помощи условных декоративных средств. При этом похожие элементы — геометризация крыльев и хвоста, упрощение головы, использование узоров точек и линий — могут образовывать различные системы стилизации в каждой из культур.
ГЛАВА I (мелкие детали на теле)
Во время анализа визуального материала самыми яркими способами стилизации для меня показались выпуклые «точечки» и «палочки» и прочие элементы на телах птиц. Это именно та часть в изображении фигурок, которая в первую очередь дарит декоративность. К примеру, общий разбор силуэта (его упрощения или усложнение), скорее действует первичное восприятие и от него больше зависит узнаваемость образа. Логика мелких деталей же скорее дарит уникальность конкретному изображению. Интересно подробнее изучить то, как это проявляется в металлопластике Кулацкой и Иткульской культуры.


рис 1 (название Нагрудное украшение с сюжетной композицией Время создания VI–VII века нашей эры; Размер 10×16 см; Техника бронза, литье) рис 2 (название Идол птицевидный; Время создания VII–III вв. до н. э. ; Место создания Полевской район; Размер 11×8,5×2 см; Техника металл, литье; Коллекция Свердловский областной краеведческий музей)
Сильнее этот приём виден в иткульской культуре, но встречается и в кулайской. Несмотря на то, что разница во времени между изображениями 1 и 2 значительная, видно общую тенденцию использования декоративных элементов. На первой картинке на крыльях орла видно точки и вытянутые продолговатые линии. Тут декоративность нагляднее: хотя полоски можно воспринять за попытку передать рост пера, элемент «точки» будто всё же говорит нам о декоративности этих элементов. На второй картинке же линии словно просто повторяют скелет птицы (особенно это заметно на месте груди, словно кости грудной клетки) или рост перьев (как можно увидеть на крыльях, где линии идут ёлочкой). Однако на животе есть три полоски, которые ломают эту логику, теперь этот «рисунок» воспринимается как просто общая текстура.


рис 3 Изображение птицы с антропоморфной личиной на груди. Парабельское культовое место. Ранний железный век. VI в. до н. э. — V в. н. э. Парабельское культовое место. VI в. до н. э. — V в. н. э. Ураев Р. А. Бронза, литье. 13,8×15,5 см ТОКМ 297/27 рис 4 ИТКУЛЬСКАЯ КУЛЬТУРА
Теперь рассмотрим изображения 3 и 4, по котрые можно сказать, что птица изображена более схематично. На примере работ, где чуть больше нетронутого пространства на общем теле птицы, можно заметить ту же логику декоративных элементов «линий».
В обоих случаях у фигурок нет стандартной птичьей головы. «Головной» отросток присутствует. Несмотря на это образ остаётся узнаваемым. (Но важно заметить, что на рис 2 антропоморфная личина) Эти картинки были взяты в качестве контр примера потому, как тут художники оставляют нетронутое пространство. За счёт чего можно предположить, что насыщение деталями «палочек», «точек» не обязательная часть кулайского, иткульского стилей. Но сохраняется логика декоративности, как в примере 1 и 2. Элемент «ритма» или «повтора» в общем узоре, который не то повторяет строение птицы, не то декарирует. Так в изображении 3 на крыльях есть по две горизонтальных палочки, которые повторяются несколько раз. На картинке 4 же видна полосочность на животе птицы, которая скорее выполняет декоративную функцию.
вывод:
Таким образом, можно утверждать, что в обоих культурах заметна общая логика использования декоративных узоров. Эти элементы создают некоторый ритм в фигурке, разукрашивают её без цвета, но не пытаются реалистично повторить строение строение скелета или перьев птицы.
ГЛАВА II (общие формы конечностей)
Хотя в Иткульской культуре будто изображение в больше степени тяготеет к упрощению форм крыльев и хвоста к более палкообразным (это происходит возможно за счёт того, что эта культура существовала меньше, раньше закончила своё существование), всё же не очень условная геометрия.
Интересно разобрать как это работает на крыльях птиц. К примеру, это заметно на рис 6 и 7 заметно, что на отростках (скорее всего изображающих крылья) есть разветвления на концах. Форма сама по себе не хочет оставаться простой, она тяготеет к расширению, подобно тому как это устроено у настоящей птицы. Однако стоит понимать, что это всё ещё это очень далеко от реализма. Похожую же тенденцию расхождения на несколько полосок у конца крыла можно подметить и у Кулайских птиц.


рис 6 ИТКУЛЬСКАЯ КУЛЬТУРА и рис 7
Интересно подметить, что хвост ведёт себя нередко похожим образом. Реже можно встретить его как одну палку (хотя встречаются изображения, где он может отсутствовать или совсем сводиться к условности «палке»).


рис 8 рис 9
Помимо крыльев и хвоста у птиц есть также лапы, однако в кулайской и иткульской металлопластике их изображение скорее реже встречается. Этот факт может подтверждать декоративность в металлопластике, общую логику и тяготение к упрощению. Лапы не столь важны для общего распознавания образа птицы, поэтому они нередко отсутствуют в фигурках. Подтверждением декоративности так же может считаться приём изображение лап совсем условно, к примеру, в виде точек. (Так на рис 2 можно заметить скорее всего именно этот приём. Однако утверждать с точностью нельзя)
вывод:
Суммируя, можно сказать, что в обеих культурах в орнитоморфном образе у конечностей не так часто видна крайне условная обрезанность. В большем количестве случаев есть попытка немного усложнить форму, даже простыми, декоративными «распушениями» на концах. Важно к тому же сказать, что основные конечности птиц (хвост и крылья) ведут себя похожим образом: есть небольшое усложнение в их форме, попытка немного повысить узнаваемость. Однако всё ещё в рамках декоративности, с применениями условностей.
ГЛАВА III (особенности головы и идентификация образа)
Если воспринимать головы птиц как отдельную конечность, то можно заметить, что она ведет себя иным образом. Тут не получиться просто упустить её (как происходит с лапами). Хотя есть та же тенденция декоративного упрощения, с сохранением общей формы.



