Концепция
Если сравнить два образа — светлое аббатство Сен-Дени XII века и мрачный замок Дракулы из фильма 1931 года — кажется, что между ними нет ничего общего. Но схожесть заключается в том, что их объединяет один архитектурный стиль — готика.
Я выбрал эту тему, потому что в ней скрыт культурный парадокс. Меня поражает, как одна и та же архитектурная система за несколько веков совершила путь от символа «небесного света» до универсального знака ужаса. Это не просто случайность, а сложный и медленный культурный процесс, который можно проследить именно через анализ произведений искусства. Мне интересно изучить этот процесс «перекодировки», показав, что значения архитектурных форм не заданы навечно, а создаются и меняются культурой.
Я буду выбирать не все возможные произведения, а ключевые работы, которые стали поворотными моментами в трансформации готической архитектуры. Это позволяет сохранить глубину анализа и не теряться в потоке информации.
Ключевой вопрос в этом исследование: каким визуальными средствами и через какие конкретные произведения готическая архитектура была преобразована из символа божественного порядка в главный пространственный образ нарратива ужаса?
Я предполагаю, что готика не была «страшной» по своей сути. Её превращение в «жуткое место» стало результатом целенаправленной работы нескольких поколений художников, писателей и режиссеров, которые, используя эстетические категории Романтизма последовательно переосмыслили её ключевые визуальные коды — вертикализм, систему освещения и гротеск — наполнив их новым, тревожным содержанием.
Принцип рубрикации исследования выстраивается по логике последовательно раскрывающего три ключевых этапа трансформации восприятия готической архитектуры. Исследование начинается с введения, где формулируется основной культурный парадокс: каким образом архитектура, создававшаяся как воплощение божественного света и веры (аббатство Сен-Дени), превратилась в универсальный символ ужаса и сверхъестественного (замок Дракулы).
1. Первый блок посвящен анализу исходного «кода» готики, где создатели с помощью витражей, вертикализма, структурной логики средневековых соборов и света хотели показать близость к богу.
2. Второй блок прослеживает ключевой поворотный момент — романтическую перекодировку готики в XVIII–XIX веках, где через эстетику возвышенного Бёрка и анализ произведений Фридриха и гравюр к Гюго выявляется трансформация готики в образ меланхолии, загадочности и возвышенного ужаса.
3. Третий блок показывает финальную канонизацию образа в кинематографе XX века через разбор визуальных приемов в «Носферату» Мурнау и «Дракуле» Браунинга, где готика окончательно закрепляется как готовая декорация для нарративов ужаса через использование светотени, искаженных ракурсов и гротеска.
Идея готических соборов
Базилика Сен-Дени, построенная в середине XII века в пригороде Парижа (Франция).
Готическая архитектура зародилась в начале XII века во Франции как продолжение романского стиля. Изначально готика считалась варварским, «странным» стилем, который отличался от классического искусства Древнего Рима и Греции.
Кёльнский собор, строительство закончилось в XIX веке в Германии
Основной принцип развития готического стиля стали технические инновации того времени: каркасная система, система внешних опор, увеличение оконных проёмов.
Собор Парижской Богоматери, был достроен в XIV веке во Франции/ Собор Святого Стефан, был построен XVI веке в Австрии
Важнейшая составляющая готики — это витражное искусство, которое достигло наивысшей точки развития именно в средневековье. Практически каждый элемент декора в готическом стиле имел глубокое религиозное значение. Монахи посвящали свои труды толкованию символики деталей соборов, находя параллели со священным писанием. Именно поэтому витражи выполняли не только эстетическую функцию, но и служили средством духовного просвещения.
«Аббат Сугерий — автор первой значительной церкви (Церковь Сен-Дени в Париже), построенной в готическом стиле писал, что лучезарные окна необходимы, чтобы освещать разум людей, дабы они могли путешествовать, постигая свет Господа». [1]
Витражам приписывали свойство просветлять душу человека и удерживать его от зла. Попадая в собор, верующий должен был ощутить священное благовоние.
Сент-Шапель, был построен в XIII веке во Франции/ Собор Парижской Богоматери, был достроен в XIV веке во Франции
«Фаворский свет — согласно текстам Нового Завета, таинственный Божественный свет в момент Преображения Иисуса Христа. Фаворский свет описан во всех синоптических евангелиях: „и преобразился пред ними: и просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет“». [1]
Романтическая трансформация готики
Церковь Нотр-Дам-де-Лакен, была построена в конце XIX века в в Брюсселе
1. Философская основа — эстетика Возвышенного Эдмунда Бёрка.
Руины, как набор визуальных сигналов (тень, масштаб, пустота), которые были систематизированы Бёрком и сознательно использовались художниками и писателями для вызова у зрителя точно рассчитанной эмоции — возвышенного ужаса.
Кёльнский собор, строительство закончилось в XIX веке в Германии/ трактат «Философское исследование о происхождении наших идей возвышенного и прекрасного» Эдмунда Бёрка, написанный в XVIII веке
Бёрк предоставил теоретический механизм для «перекодировки». Он писал в своем исследование, что возвышенное — это всё, что способно вызывать идею страдания и опасности, не будучи реально угрожающим. В основе лежит ужас — сильнейшая из всех эмоций.
Буря как признак ужасного и возвышенного/ Собор Святого Креста и Святой Евлалии, был построен в XV веке в Барселоне
Ключевые принципы философского исследования:
1. Источник — боль и опасность: Возвышенное рождается из всего, что в реальности может причинить боль или уничтожить (бездна, буря, сила). 2. Опосредованность: Чтобы ужас превратился в наслаждение, мы должны наблюдать его на безопасной дистанции. Мы восхищаемся бурей, глядя на неё с берега.
Возвышенное — вызывает восторг, смешанный с ужасом. Оно грубо, мрачно, масштабно и основано на инстинкте самосохранения.
Прекрасное — вызывает чистую любовь и привязанность. Оно мало, гладко, светло, изящно и основано на социальном инстинкте (продолжении рода).
