Original size 3201x4833

сухие слёзы сатаны

На мои ноги упали капли жидкого чугуна и оставили на коже чёрные метки. Боли я не испытала, даже наоборот возникло чувство радости и предвкушения нового опыта. Каждый день я с интересом наблюдала как гниют и переливаются мои раны. После этого последовали изменения в восприятии и окружающего мира. Солнце светило настолько ярко, что казалось мне чёрным. Его потусторонний свет пронизывал меня насквозь, и я утопала в этой холодной неге. Воздух вокруг моего тела то сгущался, то разряжался, от чего я непроизвольно парила над землёй. Время сжималось и растягивалось — всё пульсировало вместе со мной, и я медленно таяла, оставляя за собой вязкие капли. Это совокупление с миром продолжалось до тех пор, пока я не поняла, что сам дьявол шепчет мне на ухо свои сладкие сказки. Однажды ночью я почувствовала у себя во рту чей-то мертвецки-холодный язык. Открыв глаза, я увидела над собой парящее серое покрывало, из которого выступало складками ужасающее лицо. Захлопнув рот, я погрузила себя в глубокую звенящую пустоту и стала скукоживаться. Что-то твёрдое внутри меня сжала невыносимая теснота. Когда я вывернула себя на изнанку на землю посыпались железные слёзы.

Выставка в пространстве Б12. 2022 г.
г.Санкт-Петербург

big
Original size 4928x3264
big
Original size 3163x3163

Больше ни писка. Там в углу спит моё маленькое сморщенное сердечко.

сухие слёзы сатаны
Project created at 29.06.2026
More projects in about art
Rinat Habibulin Irfanovich
Глобальный город давно перестал существовать только как физическая среда. Он продолжает жить в памяти, воображении и сновидениях человека, влияя на восприятие времени, пространства и собственной идентичности.
Elena Korneeva Andreevna
Работа исследует психологическое восприятие архитектуры как самостоятельной силы, существующей вне человеческого масштаба. Отправной точкой становится не конкретное здание, а ощущение, возникающее перед массивной архитектурной формой, когда она погружена в темноту и перестает восприниматься как объект городской среды. В этот момент архитектура теряет функциональность и превращается в монолитную массу, напоминающую природный массив или горный рельеф.