Соломон Телингатер как оформитель книг и книжных обложек
Структура исследования
1. Концепция
2. Набор как изображение: обложки массовой литературы, 1925–1929
3. Книга-поэма: дизайнер и поэт: Безыменский, Кирсанов, 1928–1931
4. Документ и монтаж: писатель-документалист
и фотомонтаж, 1931–1936
5. Ансамбль классики: переплет, титул, иллюстрация, 1948–1965
6. Заключение
7. Источники
Концепция. Почему ТелингатерСоломон Бенедиктович Телингатер (1903–1969) оформил более шестисот изданий и в 1963 году стал первым советским художником, получившим международную премию Гутенберга города Лейпцига. В истории дизайна его имя чаще всего стоит рядом с Лисицким, Клуцисом и Родченко как имя участника объединения «Октябрь» и мастера фотомонтажа. Книжная сторона его работы, особенно послевоенная, известна гораздо меньше.Между тем именно в книге Телингатер работал не рядом с текстом, а вместе с ним: сам набирал поэмы в типографии, монтировал документальные памфлеты вместе с писателями, проектировал переплеты, титулы и инициалы для классики. Тема важна для дизайнера потому, что на одном материале показывает, как график может стать соавтором литературного произведения и при этом не подменить его.
Концепция. Принцип отбора материалаВ исследование вошли подлинные издания, сфотографированные в музейных и частных собраниях или описанные в библиографических базах: собрание Меррилла Бермана, каталоги MoMA и Музея изящных искусств Бостона, библиотека Ван Аббе-музея, база «Лаборатория фантастики».Главный критерий отбора: в работе должна быть видна связь графического решения с конкретным литературным текстом или автором. Поэтому в ряд попали обложки прозы, поэтические книги, документальные памфлеты, издания классики и литературно-художественный журнал. Плакаты и служебные издания показаны выборочно, как среда, в которой складывался метод. Где это возможно, книга представлена не только обложкой, но и разворотами: Телингатер мыслил книгу как последовательность страниц, а не как одну картинку.
Концепция. Принцип рубрикацииИсследование построено хронологически, но каждый раздел описывает не период, а тип отношений между дизайнером и литературой.1) Набор как изображение. Обложка массовой книги, где слово названия становится главным изобразительным материалом. 2) Книга-поэма. Соавторство с поэтом: шрифт, линейки и фотография продолжают ритм стиха. 3) Документ и монтаж. Работа с писателем-документалистом, где книга собирается как фильм из цитат и фотографий. 4) Ансамбль классики. Послевоенная книга, где дизайнер отступает на шаг и строит вокруг текста цельную архитектуру переплета, титула и иллюстрации. Внутри разделов работы идут от обложки к развороту, от общего к частному.
Концепция. ИсточникиПервый уровень: искусствоведческие тексты о художнике, прежде всего очерк Ю. Я. Герчука и сборник «Соломон Телингатер. Конструктор графических ансамблей» под редакцией Г. П. Конечной. Второй уровень: современные исследования отдельных книг, в первую очередь статья И. М. Сахно о «Комсомолии» в Журнале ВШЭ по искусству и дизайну. Третий уровень: музейные и коллекционные описания (MoMA, MFA Boston, Ван Аббе-музей, собрание Бермана), которые дают выходные данные, тиражи, форматы и технику печати.Сведения проверялись перекрестно: дата, издательство и роль художника принимались, если совпадали минимум в двух источниках. Библиографические базы использованы для выходных данных, а не для оценок; оценки опираются на исследовательские тексты и на собственный анализ изображений.
Концепция. Вопрос и гипотезаКлючевой вопрос: как менялось отношение Телингатера к литературному тексту за сорок лет работы, и есть ли единый метод за внешне несхожими книгами 1920-х и 1950–60-х годов?Гипотеза: Телингатер всегда работал как «конструктор графических ансамблей»: книга для него есть целое из текста, шрифта, изображения и материала переплета. Меняется не метод, а громкость голоса дизайнера. В конце 1920-х он вступает с поэтом в соавторство и спорит с текстом на равных; в 1930-е монтирует книгу вместе с писателем как документальный фильм; после войны отходит на шаг назад и строит вокруг классического текста тихую, но столь же продуманную архитектуру.
Хронология
1903 Родился в Тифлисе; с 1910 года живет в Баку
1920–1921 ВХУТЕМАС, мастерская В. А. Фаворского и Н. И. Пискарева: книга как единое целое
1925 Переезд в Москву; обложки массовой литературы, работа прямо в типографии
1927–1928 Совместная работа с Эль Лисицким; вступление в объединение «Октябрь»; «Комсомолия»
1933–1941 Художественный редактор Партиздата
1941–1945 Художник газеты «За Родину» на Западном фронте
1946–1951 Детгиз, Гослитиздат, Академия наук, «Искусство»
1963 Премия Гутенберга города Лейпцига; «Нравы Растеряевой улицы» Г. Успенского
Набор как изображение
Приехав в Москву в 1925 году, Телингатер работает прямо в типографии и делает обложки массовой литературы. Навык ручного набора он принес из Баку, а вкус к «игре в буквы» из книг тифлисского футуриста Ильи Зданевича, которые хранил до конца жизни. Название книги становится главным изобразительным материалом.

Эль Лисицкий, Соломон Телингатер. Обложка путеводителя «Всесоюзная полиграфическая выставка». 1927Москва: Комитет полиграфической выставки. Высокая печать. 17,6 × 12,5 смСовместная работа с Лисицким стала для 24-летнего Телингатера школой. Три огромные буквы В, П, В одновременно читаются как аббревиатура и как начала трех слов, набранных мелким кеглем. Слово здесь работает как конструкция: его можно разобрать на части и собрать заново. Этот прием, буква как несущая балка композиции, пройдет через все последующие книги Телингатера.изображение: The Merrill C. Berman Collection. Solomon Telingater: Books, Journals, and Other Works
Внутри путеводителя реклама Госиздата и Мосполиграфа, фотографии павильонов и цветные плашки складываются в единую сетку. В выходных данных указаны оба художника.


Эль Лисицкий, С. Телингатер. Развороты путеводителя ВПВ. 1927 The Merrill C. Berman Collection. Solomon Telingater: Books, Journals, and Other Works

Соломон Телингатер, Алексей Кравченко. Плакат «Всесоюзная полиграфическая выставка 1917–1927». 1927Литография. 107,6 × 69,5 смПлакат к той же выставке показывает, как Телингатер переносит книжный прием в крупный формат. Буквы В, П, В снова стоят столбом слева, а слова «Всесоюзная», «Полиграфическая», «Выставка» прорастают из них вправо. Гравированная фигура Кравченко и типографские линейки Телингатера соединены без шва: изображение и набор равноправны.изображение: The Merrill C. Berman Collection. Solomon Telingater: Books, Journals, and Other Works
Для Госиздата Телингатер оформлял каталоги и пособия по работе с литературой. Здесь видно, как одни и те же элементы наборной кассы (линейки, плашки, жирный гротеск) по-разному организуют разные тексты.


1. С. Телингатер. Обложка книги Б. Неймана «Методика работы с книгой». 1928 2. С. Телингатер. Обложка «Каталог книг: художественная литература, мемуарная литература». 1929 The Merrill C. Berman Collection. Solomon Telingater: Books, Journals, and Other Works
Телингатер интересовался нормами книжного дела: он оформил сборник стандартов форматов, а для многоязычного издания «Всегда готов!» построил обложку на повторе одной фразы на разных языках.


1. С. Телингатер. Обложка «Стандарты форматов книжной продукции». 1930 2. С. Телингатер. Обложка книги Э. Эмден «Всегда готов! Immer bereit!». 1930 The Merrill C. Berman Collection. Solomon Telingater: Books, Journals, and Other Works

Соломон Телингатер. Обложка романа Андрея Белого «Крещеный китаец». 1927Москва: Никитинские субботники. 236 с. Тираж 5000 экз.Роман Андрея Белого написан от лица ребенка, который заново учится видеть мир и слова. Телингатер рисует детскую голову как простейший знак: круг, две точки, линия. Вокруг нее предметы детского дома (окно, рыба, шахматная клетка) сложены из штриховки и линеек, как из наборного материала. Заглавие набрано разреженно, по буквам: так читает тот, кто только научился читать.изображение: «Лаборатория фантастики»

Соломон Телингатер. Обложка повести С. Григорьева «С мешком за смертью». 1927Москва: Никитинские субботники. 230 с. Тираж 4000 экз.Лица героев собраны из полуокружностей и прямоугольников, как из типографских плашек. Внизу автомобили нарисованы тем же языком геометрии. Буква С в начале также геометрична, а слово «смертью» набрано мелко: размер шрифта передает интонацию, с которой название произносится.изображение: «Лаборатория фантастики»

Соломон Телингатер. Обложка книги Р. Киплинга «Маленький Тумай». 1927Москва; Ленинград: Госиздат. 32 с. Внутренние иллюстрации В. ВатагинаДля детской книги Телингатер выбирает рисованный шрифт: буквы названия «пляшут», каждая построена из резких клиньев. Слона он рисует сам, а внутренние иллюстрации делает анималист Василий Ватагин. Уже здесь видна будущая роль Телингатера: он отвечает за целое книги и оставляет место другому художнику.изображение: «Лаборатория фантастики»

Соломон Телингатер. Обложка романа Г. Никифорова «Женщина». 1929Москва; Ленинград: Земля и Фабрика. Собрание сочинений, т. 6. 234 с.К 1929 году рисунок на обложке уступает место фотографии. Крупное лицо улыбающейся работницы разрезано вертикалью, справа строительные леса. Название набрано красным гротеском и вписано прямо в снимок. Это переход к следующему этапу: фотография и шрифт становятся двумя голосами одного высказывания.изображение: «Лаборатория фантастики»
Книга-поэма
В конце 1920-х Телингатер делает книги, в которых дизайнер становится соавтором поэта. Шрифт, линейки, цвет и фотография не иллюстрируют стих, а продолжают его ритм на странице. Главные примеры: «Комсомолия» Александра Безыменского и две книги Семена Кирсанова.

Соломон Телингатер. Обложка книги А. Безыменского «Комсомолия. Страницы эпопеи». 1928Москва; Ленинград: Госиздат. Металлизированная краска по ткани. 52 с. 34,2 × 26,3 смПервая крупная самостоятельная работа художника. Поэма Безыменского выходила с 1924 года, но именно издание 1928 года к 10-летию комсомола стало событием книжного искусства. Слово «Комсомолия» на обложке разбито на слоги и поставлено лесенкой. Серебряная краска на красной ткани делает книгу почти предметом.изображение: The Merrill C. Berman Collection. Solomon Telingater: Books, Journals, and Other Works
Шмуцтитул как плакат
По наблюдению И. М. Сахно, Телингатер сам набирал и верстал книгу, а постановочные фотографии делал вместе с кинематографистами. Разворот устроен как кадр: слева плакатная цифра 10, справа крупный план значка. Книга читается как последовательность монтажных склеек, близкая к идее «биоскопической книги» Лисицкого.


Соломон Телингатер. Развороты книги А. Безыменского «Комсомолия». 1928 The Merrill C. Berman Collection. Solomon Telingater: Books, Journals, and Other Works
Поэма Безыменского полифонична: в ней смешаны песни, кричалки, лирика. Телингатер переводит эту полифонию в шрифт. Повторяющееся «Мы» набрано крупнее остального, часть строк выделена красным, часть уходит в мелкий кегль. Глаз читает не только слова, но и громкость: разворот можно «услышать».

Соломон Телингатер. Разворот книги А. Безыменского «Комсомолия». 1928Рядом с плотными полосами набора Телингатер ставит почти пустые. Одна фигура и красная линейка работают как пауза в чтении стиха. В 1930 году критики из круга АХРР назовут такую верстку нечитаемой [3]; сегодня видно, что пустота здесь так же рассчитана, как и наборизображение: The Merrill C. Berman Collection. Solomon Telingater: Books, Journals, and Other Works
