Бывало ли у вас такое: вы смотрите на запотевшее окно — и щека вспоминает, как стекло холодит при прикосновении? Видите кружку с чаем, и в ладонях оживает воспоминание о керамической стенке?
Мы мгновенно перенесли одну модальность на другую и поняли, о чём речь — хотя не прикасались к этим объектам. Сознание «достроило» ощущения за нас. Это особенность восприятия называется синестезия.
Синестезия — нейрологическая особенность, при которой стимуляция через один сенсорный канал вызывает непроизвольную реакцию в другом.
Синестеты описывают свой опыт как само собой разумеющийся — и с удивлением обнаруживают, что другие его не разделяют. Долгое время наука относилась к ним как к исключению, требующему объяснения.
Потребовалось несколько десятилетий нейровизуализации, чтобы выяснить: синестезия — не аномалия восприятия. Все люди рождаются с перекрёстными нейронными связями между органами чувств. У большинства они уходят ниже порога сознания в ходе развития; у синестетов — остаются активными и различимыми. Но следы этих связей есть у каждого.
Синестетический опыт по своей природе индивидуален: каждый, кто переживает единство ощущений, вынужден искать собственный язык, чтобы его выразить. Именно поэтому художники в своих проектах разрушают традиционную границу между зрением, слухом и осязанием, объединяя разные модальности в один образ восприятия.
Как механизм синестезии проявляется в современных визуальных практиках — там, где его никто намеренно не называет этим словом?
Моя гипотеза состоит в том, что современные художники, бренд-стратеги и дизайнеры интерфейсов, работая в формально не пересекающихся медиумах, переоткрывают одну и ту же встроенную логику кроссмодальных соответствий — от инсталляций, в которых зритель оказывается внутри события, до плоских интерфейсов, кодирующих ощущение материала одним лишь изгибом линии.
Их работы не просто эксплуатируют синестезию как приём, но и возвращают зрителю забытое: его собственное восприятие — главный материал, на котором работает любое визуальное высказывание, и без этого материала никакая среда не достигает адресата.
Три рубрики выстроены по сужению сенсорного диапазона: от инсталляции, в которой зритель оказывается внутри события, через брендинг, располагающий ограниченным числом точек контакта, до цифрового интерфейса, работающего через один канал — экран.
Этот порядок обнажает закономерность: чем меньше каналов восприятия задействует сам формат, тем активнее сознание зрителя подключает остальные.
В исследовании я обращаюсь к нейронаучным текстовым источникам (чтобы доказать универ-сальность соответствий и их биологическую основу), методологическим (чтобы исследовать возникновение синестезии как метода) и прикладным (чтобы перейти в плоскость дизайна). Однако первичный источник — «Точка и линия на плоскости» (1926), поскольку именно Кандинский пробовал систематизировать синестетическую логику раньше науки — как операциональный словарь сил, напряжений и точек, пригодный к применению в любом визуальном медиуме.
Визуальный материал отобран по принципу доказуемости: в каждой рубрике — случаи, где кроссмодальное соответствие достаточно явно, чтобы быть задокументированным через кадр, видео или элемент интерфейса.
Синестезия в инсталляциях
Инсталляция — жанр, в котором художник работает со всеми чувствами зрителя одновременно. Пока зритель внутри зала, его восприятие работает на полную физическую мощность.
Для многих художников перфоманса самым ёмким из доступных каналов оказывается свет.
The Color Inside / Overland Partners + Джеймс Таррелл Skyspace (2013). Фото: Florian Holzherr
Джеймс Таррел, As Seen Below — The Dome (2025). Фото: Mads Smidstrup
Так, Джеймс Таррелл в серии работ «Skyspace» создаёт небольшие закрытые помещения с круглым проёмом в потолке. Зритель ложится или садится на каменное ложе вдоль стены и смотрит вверх — больше ничего проект не подразумевает. Никакой музыки, никаких комментариев; только небо в круглом окне и медленно меняющееся освещение стен внутри.
В этой намеренной пустоте начинают работать механизмы кроссмодального соответствия. Голубой неба «звучит» как нечто длительное и спокойное — Кандинский сравнивал такое звучание синего с виолончелью, и это не поэтическая вольность: исследования фиксируют устойчивую межмодальную связь между низкими тонами, холодными оттенками и ощущением пространственной протяженности.
Когда вокруг нет звуковой среды, способной заглушить «звучание» цвета, он становится слышимым в буквальном смысле.
Ивана Франке — Seeing with Eyes CLosed (2011). Фото: Ivana Franke Studio
Ивана Франке в инсталляции «Seeing with Eyes Closed» идёт по другому пути. Зрителя помещают в круглую тёмную комнату, где загорается стробоскопический белый свет — резкий, прерывистый, на одной фиксированной частоте. И предлагают закрыть глаза.
С закрытыми глазами в темноте обычно ничего нет. Здесь происходит обратное: за веками начинают плыть сюжетные фрагменты. Свет, мерцающий сквозь веко на особой частоте, заставляет зрительную кору работать без внешней картинки — и мозг, не получая ясного сигнала, «восполняет» его из собственных перцептивных запасов. Механизм мультисенсорной интеграции универсален: она происходит у всех людей постоянно, но обычно ниже порога сознания.
Симон Хейденс — Lightweeds (2006). Фото: Симон Хейденс
Симон Хейденс в проекте «Lightweeds» проецирует на стены музея растения — не записанные заранее, а растущие в реальном времени. Алгоритм соединён с датчиками снаружи здания: каждое движение ветра, каждая капля дождя, каждый человек, прошедший мимо окна, отражается на проекции.
Зритель считывает движение побегов — и неожиданно начинает «слышать» ветер за стеной, «чувствовать» дождь снаружи. Внешняя погода, которой в зале физически нет, попадает в зрителя через единственный доступный визуальный канал.
1. TeamLab — Flowers Scattering and Dissolving into the World (2024) 2. TeamLab — Butterflies Falling and Dissolving into the World (2024)
Одна и та же «фраза» проигрывается параллельно в нескольких каналах восприятия, и зритель различает их как единое высказывание.
Olafur Eliasson — The Weather Project (2003). Фото: галерея Тейт (Лондон).
Так, Олафур Элиассон в инсталляции «The Weather Project» поместил в гигантский зал «солнце» — полукруглый диск из четырёхсот монохроматических ламп, размноженный отражением на зеркальном потолке до полного круга. Воздух в зале постоянно насыщался тонким туманом из увлажнителей. Зритель входил в зал и оказывался в янтарном полумраке, окружённый собственным удвоенным отражением сверху и поднимающимся туманом снизу.
Все каналы здесь работают по одной семантической оси — погода. Зритель не наблюдает погоду со стороны, он находится внутри неё. Это и есть та полная оркестровка, о которой Кандинский писал применительно к сцене, но воплощённая в музейном зале.
Random International — Rain Room (2012). Фото: Random International и Oli Scarff
Коллектив Random International в инсталляции «Rain Room» пошёл противоположным путём. В большом тёмном зале постоянно идёт реальный дождь — со звуком воды, запахом мокрого камня. Но в потолке стоят датчики движения, отключающие распылители именно над зрителем. Зритель идёт сквозь ливень и остаётся сухим.
Здесь синестезия работает с обратным знаком — это парадоксальная оркестровка, в которой один канал намеренно отключен.
Невозможность тактильно ощутить влагу создаёт ощущение нереальности всего остального. Мозг ожидает намокнуть и, не получая подтверждения, начинает «достраивать» дождь сам — многие посетители впоследствии описывали ощущение мокрой одежды, которого физически не было. Парадокс в том, что именно отсутствие одного канала усиливает все остальные.
Оркестровка работает не только через прибавление каналов, но и через их намеренное изъятие. Убранный канал не создаёт пустоту — мозг достраивает его из ожидания, и это воображаемое присутствие сильнее реального.
Синестезия в брендинге
Экспозиции посетитель воспринимает пространственно, через погружение в тщательно моделируемую синестетическую среду. У бренда же «точки касания» с потребителем весьма ограничены.
Чтобы продемонстрировать, как бренды обходят это ограничение, проведём эксперимент.
Найдите глазами любой предмет вокруг вас. Теперь попробуйте мысленно лизнуть его. Откуда вы знаете, каково это?
Этот явление синестезии называется кроссмодальный перенос. Сознание хранит не изолированную картинку предмета, а полисенсорный отпечаток: визуальная текстура поверхности сцеплена с тактильными, вкусовыми и ольфакторными следами в памяти.
Именно поэтому бренд способен через один канал активировать то, чем физически не располагает: зрение становится входом в цепочку, которую завершают другие чувства.
Aesop — Tacit (2015). Фото: Aesop.
