Концепция
На испанском тузе чаш нарисован сосуд, на тузе монет — круглая монета, а рядом лежат меч и жезл. Эти четыре карты легко принять за необычное оформление знакомой колоды, но у них другая история. Около 1420 года на одной европейской колоде ещё рисовали клюшки для поло, знакомые по мамлюкским картам. Через несколько столетий монеты, чаши, мечи и жезлы можно увидеть на картах из Мексики. Меня интересует, как именно этот набор знаков пережил переход между странами, производителями и играми, и что это вообще за игра.

Четыре туза колоды Fournier. Слева направо монеты, чаши, мечи и жезлы. Фрагменты фотографии Cantabrucu.
Объект исследования — итало-испанская традиция игральных карт, её ранние средиземноморские параллели и испанская ветвь в Мексике. Предмет — происхождение знаков и условия, в которых они закреплялись за пределами места их раннего бытования. Масть объединяет карты с одним знаком, ранг обозначает место карты в ряду. Итало-испанскими мастями я называю четыре общих знака и их варианты в испанских и итальянских колодах. Место изготовления указываю для каждого исторического экземпляра отдельно.
Ключевой вопрос
Откуда взялись именно монеты, чаши, мечи и жезлы, как сложился их европейский рисунок и почему эта система мастей закрепилась в отдельных регионах Европы и Северной Америки?
Гипотеза. Состав четырёх мастей унаследован от более ранней традиции, а его устойчивость связана с тем, что колоды регулярно печатали, перевозили и использовали для местных игр. В Европе это должно быть видно по передаче конкретного рисунка и выпуску колод для заимствованных игр. В Новой Испании гипотезу можно проверить по архивным свидетельствам о производстве и поставках, а сохранение знаков после колониального периода — по позднему мексиканскому экземпляру.
От мамлюкских карт до региональных колод
Первая задача — сопоставить ранние знаки и объяснить, почему четыре выбранных предмета образуют отдельную карточную традицию. Вторая — сравнить способы её распространения в Италии и Мексике. Этот ракурс нужен потому, что для читателя знакомство с картами часто начинается с французских мастей. Сравнение помогает увидеть самостоятельную историю испанских знаков и читать на карточном листе следы местного производства и заимствования. Современный выпуск сардинских колод показывает, что различия по-прежнему заметны на игровом столе.
Для сравнения я выбрала мамлюкскую карту из Топкапы, раннюю европейскую колоду около 1420 года, миланское таро, севильские карты 1647 года, мадридский и сардинский тузы чаш, набор из Салерно и мексиканские карты из музея Питт-Риверса. Архивные документы о Новой Испании позволяют проверить то, что трудно узнать по одному рисунку: где колоды разрешали производить и откуда могли их привозить. Омбре, Scopa и Escoba нужны как примеры игр, в которых эти карты продолжали работать.
Методы исследования
Формальный анализ помогает сравнить силуэт, число знаков и их положение на карте. Историческое сопоставление связывает изображения с музейными датировками, документами о выпуске и сведениями об игре. Анализ правил показывает, как одной системе мастей находили применение в разных играх. Я различаю дату самой карты, дату её поступления в музей и дату записи правил. По этим датам можно сопоставлять свидетельства и отмечать промежутки, для которых пока не хватает материала.
Откуда пришли четыре масти?
Ок. 1500 г. — Второй заместитель масти чаш. Мамлюкская колода, музей дворца Топкапы. Автор карты не установлен. Репродукция, общественное достояние.
Две полосы арабской надписи обрамляют чашу на карте из Топкапы. Название карты переводят как «второй заместитель масти чаш», и тут слова сообщают ранг, а сосуд указывает на масть.
В мамлюкских колодах четыре масти — монеты, чаши, мечи и клюшки для поло. Историки связывают появление карт в Европе во второй половине XIV века с исламским миром, и экземпляр из Топкапы датируют примерно 1500 годом. То, как выглядела эта традиция, видно по карте, а время её появления в Европе устанавливают по более ранним письменным свидетельствам.
Точный маршрут до Испании или Италии остаётся спорным.
Ок. 1420 г. — Восемь карт из колоды, которую музей каталогизирует как провансальскую. В нижнем ряду вторая слева — карта с клюшками для поло. Автор не установлен. Museo Fournier de Naipes de Álava.
На второй карте слева в нижнем ряду пересекаются клюшки с загнутыми концами. Так выглядела одна из мастей европейской колоды около 1420 года. Позже на том же месте среди четырёх мастей появляются испанские bastos и итальянские bastoni, похожие на булавы или жезлы.
Слева двойка мечей неаполитанского типа с прямыми клинками, справа знак из тревизанской колоды с изогнутыми клинками.
В Неаполе два меча на карте лежат порознь. В колоде Тревизо изогнутые клинки сходятся. Даже в пределах Италии у одной масти могли быть разные очертания.
Что означает знак на карте
Ок. 1450–1480 гг. — Миланское таро Висконти — Сфорца. Слева направо тройка чаш, всадник чаш и дама чаш. Традиционная атрибуция Бонифацио Бембо. Morgan Library & Museum.
На тройке из миланского таро чаши можно пересчитать, а у всадника и дамы чаша одна. Она обозначает масть, а ранг передаёт фигура. На мамлюкской карте эту роль выполняла надпись.
Монеты напоминают о богатстве, мечи — о войне. А вот неаполитанское ведомство по охране наследия приводит толкование четырёх мастей через группы средневекового общества. Версия объясняет, как можно прочитать эти предметы. В любом случае о том, как сложился их набор, больше говорит сравнение ранних колод.
1647 г. — Четыре карты севильской колоды. Крайняя слева — туз монет с надписью о королевском разрешении. Ксилография с трафаретной раскраской. Museo Fournier de Naipes de Álava.
Интересно, что между клинками севильской двойки 1647 года стоит фраза «С разрешения короля», её повторили на тузе монет. Так две карты сохранили след того, кто контролировал выпуск колоды.
1647 г. — Двойка мечей севильской колоды, повёрнутая горизонтально. Между клинками — надпись о королевском разрешении на выпуск. Museo Fournier de Naipes de Álava.
Испанский национальный паттерн
