Stalker (1979, А. Тарковский)
The Green Knight (2021, Д. Лоури)
Туман как оптический порог, он стирает контуры, лишает глубину определённости. Зритель не знает, где заканчивается пространство, что заставляет воображение активизироваться.
The Ritual (2017, Д. Брукнер)
У Тарковского и Иньярриту туман становится переходной материей, границей между реальным и внутренним.
В этих сценах воздух буквально живёт: он движется, скрывает, проявляет, дышит.
«Ландшафт в фильме перестаёт быть декорацией и становится местом эмоционального действия, где зритель проживает пространство вместе с героем.» [5, с. 18]
Under the Skin (2013, Дж. Глейзер)
Зимний сезон подразумевает под собой состояние остановки, замедленности, консервации. Холодный свет, замороженный воздух, отсутствие насыщенности вызывают ощущение вытесненности эмоций.
The Revenant (2015, Алехандро Г. Иньярриту)
November (2017, Райнер Сиймец)
The White Ribbon (2009, М. Ханеке)
Белое пространство делает звуки глухими, движения медленными, дыхание видимым. Зима представляется как визуальная тишина, в которой возникает напряжение. Ханеке превращает белизну в беспокойство: каждый снежный кадр словно чистый лист, на котором ничего не произойдёт.
А у Иньярриту снег становится физическим актёром: он давит, скрипит, скрывает. Зритель пребывает в состоянии неопределенности, сближения с потусторонним, трансцендентным.
The Hallow (2015, Корин Харди)
The Green Knight (2021, Д. Лоури)
Весна пробуждает в зрителе чувство надежды, веры в будущее. Это момент распада старого и зарождения нового. Малик и Лоури снимают весну как активное пробуждение: зелень здесь не декоративна, а агрессивна, насыщенна.
Annihilation (2018, Алекс Гарленд)
The New World (2005, Т. Малик)
Гарленд в Annihilation использует зелёный как метафору мутации, туман впитывает свет, листья переливаются неестественно. Весна становится состоянием пограничным: между смертью и расцветом, между гниением и ростом.
The New World (2005, Т. Малик)
Зритель ощущает, что природа движется слишком быстро, как организм, который заживляет рану. Этот визуальный «рост» действует на уровне тела, возникает лёгкое беспокойство, будто камера фиксирует дыхание земли.
The Green Knight (2021, Д. Лоури)
The VVitch (2015, Р. Эггерс)
Лето похоже комфорт, который ослепляет. Когда солнце заливает всё кадром, глаз перестаёт различать глубину, а свет превращается в давление.
Valhalla Rising (2009, Н. Рефн)
Tree of Life (2011, Терренс Малик)
У Астера в Midsommar белый день становится синонимом безумия: зритель не может спрятаться в тень, свет становится насилием. Малик делает обратное: его лето как молитва о присутствии, где пересвет становится символом растворения человека в мире.
Midsommar (2019, А. Астер)
The White Ribbon (2009, М. Ханеке)
Атмосфера фильма не фон, а дыхание восприятия. В этих кадрах свет буквально выжигает восприятие, превращая изображение в слепок времени. Так, кино перестаёт быть только визуальным, а становится ещё и физиологическим опытом: зритель щурится, как будто реально находится под солнцем.
The Green Knight (2021, Д. Лоури)
Осень в кино разнообразна. Тёплые цвета могут быть обманчивы: как создавать ощущение покоя, так и говорить о приближающихся трудностях.
The VVitch (2015, Р. Эггерс)
Antichrist (2009, Л. фон Триер)
Фон Триер и Эггерс используют золотую палитру как цвет увядания. У Лоури в The Green Knight золото становится границей между человеческим и природным. Цветовой баланс смещается в сторону осеннего оранжевого, этот оттенок вызывает у зрителя чувство печали, ностальгии. Башляр писал, что поэзия цвета рождается из «воспоминания о тепле», а не из самого света. Так и здесь: зритель чувствует не жар, а отголосок его, визуальное послевкусие ушедшего лета.
The Ritual (2017, Д. Брукнер)
Погода похожа на эмоциональный климат. Туман, снег, дождь, жара как психологические состояния. Режиссёр управляет зрителем через элементы восприятия, обращаясь к первичным чувственным воспоминаниям и ощущениям, побуждая зрителя к переживанию просматриваемого опыта.
