«Персеполис» с точки зрения исторического и социокультурного контекста

1. Концепция
2. Сюжет и переплетение с историей
3. Организация повествования
4. Дегуманизация героини
5. Карикатурность
6. «Обычное» насилие
7. Заключение

Персеполис — произведение француженки иранского происхождения Маржан Сатрапи. Четырехтомник выходил во Франции начиная с 2000 года и его позиционировали как исключительно важные политико-графические мемуары. Впрочем сама Маржан настаивает на том, что её работу нельзя назвать целиком и полностью автобиографичной.

Персеполис — это классическая история взросления, которое происходит на фоне трагических событий в истории Ирана. Глазами девочки мы видим шахский режим, исламскую революцию, Ирано-иракскую войну.

Это история о том, как через визуальное и вербальное свидетельство авторка стремится сохранить память и не забывать прошлое. Она раскрывает политическое соприкосновение повседневности и истории, выступая против доминирующих образов и нарративов, которые являются неполными или пытаются скрыть важные события.

Многотомное произведение «Персеполис» получило высокую оценку от профессиональных сообществ и было отмечено на различных мероприятиях, таких как Ангулемский фестиваль комиксов и Франкфуртская книжная ярмарка. Оно завоевало признание у широкой публики, как на Западе, так и на Востоке. На русском языке «Персеполис» появился в 2013 г в издательстве Бумкнига.

Также на основе комикса сняли мультфильм, который собрал целый букет наград: приз жюри Каннского фестиваля, премию сезар за лучший дебют и лучший адаптированный сценарий, номинации на премии Оскар и золотой глобус, а также премию БАФТА. Показ мультфильма повлек за собой скандалы. Разумеется он был негативно встречен Исламской республикой. В посольство Франции направили ноту протеста. А когда Персеполис показали на частном канале в Тунисе, владелец канала лишился дома, его подожгли консервативные мусульмане.

Чтобы глубже понять комикс «Персеполис», важно изучить исторические и культурные события, которые влияют на сюжет и персонажей. Исследовать иранскую революцию 1979 года, Иран-Иракскую войну и другие важные события, чтобы увидеть, как авторка воплотила эти исторические факты в своем произведении.

Данный графический роман актуален в контексте изучения искусства комикса и графической литературы. Он представляет собой пример высокого мастерства автобиографической графической новеллы, сочетающей в себе искусство рисования и сильные повествовательные возможности. Анализ комикса помогает лучше понять и оценить визуальный стиль, макро- и микроповествование, использование цвета и композиции. Данное произведение открывает обсуждение важных вопросов политической свободы, прав женщин и культурной идентичности, особенно актуальных в современной дискуссии о феминизме и вопросах гендерного равноправия.

В конце 80х Маржан живет в Тегеране, ей 10 лет и её родители интеллигенты, и как многие из их окружения ждут смены режима, участвуют в демонстрациях и надеются, что с уходом шаха все изменится к лучшему. Последний Иранский шах-диктатор Моххамед Реза Пехлеви проводил радикальную проамериканскую политику и жестко подавлял любую оппозицию. Однако в 1978 революционерам удалось парализовать экономику страны и шаху пришлось уйти.

После этих событий, итоги наскоро проведенных выборов заставили семью Маржан врасплох. 99% населения проголосовали за исламистов, стало ясно, что дальше благоприятных событий не последует. К власти пришел Али Хаменеи, страну провозгласили Исламской республикой и приняли новую конституцию.

Со светским государством было покончено, в обществе произошла культурная революция.

Сразу же закрылись все университеты, убрали неугодный преподавательский состав, в школе главным предметом стало изучение ислама, учебники перекраивались, многие газеты и журналы просто ликвидировали.

И, конечно, исламизация затронула положение женщин. Без чадры или хиджаба появляться на улице стало опасно для жизни. Установили строгий контроль над выполнением всех предписаний шариата.Оппозиционеров пытали и казнили.

Тут же разворачивается Ирано-иракская война, на фоне всего этого мракобесия мы видим как Маржан и её семья, приняв решение остаться в стране, продолжает жить в новых условиях. Потихоньку обходят ограничения, пляшут на подпольных вечеринках, остаются людьми.

Маржан старается не изменять себе, она покупает у фарцовщиков кассеты с тяжелой музыкой, носит украшения и в целом не стесняется в выражениях. Боясь, как бы её не арестовали родители отправляют Маржи учиться в Европу, где она узнает совсем иную жизнь и не сказать, что сладкую.

Устроиться за рубежом ей не удается и Маржи возвращается на родину, и увидев, что там происходит, впадает в депрессию. В конце книги она навсегда покидает Иран.

В комиксе «Персеполис» перспектива представлена через внутреннюю фокусировку, сосредоточенную на главной героине. Через ее персонаж авторка передает чувства, мысли и реакции не только самой Маржан, но и других персонажей.

Более того, Маржан исходит сразу от двух точек зрения. Она выступает как наблюдающий субъект или молодая версия себя, которая «видит» события по мере их разворачивания, а также как рассказчик или взрослая версия себя, которая «говорит» о происходящем.

Сатрапи начинает «Персеполис» с ряда всего из двух кадров. Она использует интервалы внутри живописной рамки как нарушение своего собственного характерологического присутствия. На самом деле мы явно «видим» ее, просто не всю, но ее самопрезентация фрагментированной, обрезанной, бестелесной и разделенной между кадрами указывает на психологическое состояние, о котором говорит название главы «Вуаль».

Дегуманизирующие формы «иного» присутствуют в Персеполисе, например, когда Маржан называют «грязной иностранкой» или когда настоятельница предполагает, что она «необразована», потому что она иранка.

Вернувшись в Иран, Маржан неожиданно сталкивается с формами инаковости, которые проистекают из иранского восприятия «жителя Запада» в отличие от того, что воспринимается как иранец. Особенно важно отметить гендерную форму «другого», которую она испытывает, когда на нее навешивают ярлык только между двумя вариантами принадлежности женщины: либо «целомудренной», либо «шлюхой».

Рассуждая о своем особом использовании черного и белого, которое не связано с богатыми цветами классической традицией персидских миниатюр, Сатрапи объясняет:

«‎Я много пишу о Ближнем Востоке, поэтому я пишу о насилии. Насилие сегодня стало чем-то таким нормальным, таким банальным — то есть все думают, что это нормально. Но это ненормально. Нарисовать его и передать в цвете — цвете плоти, красном цвете крови и так далее — уменьшает его, делая реалистичным.»‎

Выбор Сатрапи урезанных техник линии и перспективы — как в модернистской живописи, вряд ли является недостатком способностей (как утверждали некоторые критики), а скорее довольно сложный и исторически осознанный способ выполнения работы по видению.

В «Персеполисе» авторка не уклоняется от репрезентации травмы, даже стилизуя ее. Мертвые тела усеивают текст, так же постоянно и значительно появляясь на страницах, которые случайно знакомят читателей с повседневными подробностями жизни Маржан. Повсюду в Персеполисе демонстрируется слияние личного и исторического.

Мы ясно видим это в главе «Сигарета». Его последняя страница состоит из трех ярусов: верхний ярус расположен в семейном подвале, средний ярус — на месте казни, а нижний ярус — обратно в подвале. Сатрапи показывает нам — как будто это в порядке вещей — панно, изображающее пятерых заключенных с завязанными глазами, которых вот-вот казнят у стены, прямо над и под кадрами, на которых мы видим Маржан, курящую свою первую сигарету

Здесь Сатрапи представляет свой опыт как буквально графически разделенный исторической травмой.

Сделать скрытое видимым — мощный, хотя и знакомый феминистский прием. Тем не менее, для Маржан Сатрапи, как и для других авторок феминистского графического нарратива, создание скрытого видимым — это не просто риторический вопрос. Персеполис предлагает не просто политику видимости, но этическую и вызывающую беспокойство визуальную эстетику.